Премьера оперы «Собачье сердце» в Ла Скала была отложена из-за технического инцидента: гигантский кабель упал рядом с актрисой. Композитор Александр Раскатов в интервью «Голосу России» призвал не искать в произошедшем криминала
Премьера оперы «Собачье сердце» в Ла Скала была отложена из-за технического инцидента: гигантский кабель упал рядом с актрисой. Композитор Александр Раскатов в интервью «Голосу России» призвал не искать в произошедшем криминала
Запланированная на 13 марта премьера оперы «Собачье сердце» композитора Александра Раскатова в постановке знаменитого британского режиссера Саймона Макберни в Милане состоится в итоге в субботу, 16 марта. Причиной задержки стал технический инцидент в Ла Скала, о котором на этой неделе сообщил в своем блоге музыкальный критик Норман Лебрехт.
Ссылаясь на анонимные источники, Лебрехт раскритиковал технический персонал Ла Скала, обвинив их в полной некомпетентности. Но композитор Александр Раскатов призывает не искать в произошедшем криминала и прислушаться к музыке, а не к слухам в Интернете. Подробности – в интервью «Голосу России».
— Премьера оперы была перенесена. Что произошло?
— В Интернете об этом много написано. На генеральной репетиции, которая состоялась при закрытых дверях, произошёл технический инцидент. В опере присутствуют очень сложные технические приемы и конструкции, придуманные режиссером Саймоном Макберни и его театром «Complicity», и в какой-то момент репетиция была остановлена, упал гигантский кабель, рядом с актрисой. И именно по техническим причинам, не имеющим ничего общего ни с музыкой, ни с театром, ни с какими-то человеческими отношениями, просто потому что нужно было обеспечить элементарную технику безопасности певцов и всех работников сцены, мы были вынуждены перенести премьеру. Такие вещи бывают.
Жалко, конечно, что мы потеряли спектакль, зрителям пришлось возвращать билеты. Но лучше так, чем рисковать. Премьера состоится в субботу, 16 должен был быть второй спектакль, а будет первый.
— Как появилась идея перенести булгаковскую повесть на музыку? Почему именно «Собачье сердце»?
— Замечательный директор Оперы Амстердама Пьер Ауди заказал мне оперу в 2008 году, он дал мне карт-бланш в выборе сюжета. Я выбрал «Собачье сердце», потому что мне сразу показалось, что этот сюжет крайне актуален и имеет очень много слоев прочтения. И я сразу без колебаний остановил свой выбор именно на этой повести Булгакова. Можно считать это политической сатирой, но я совсем не уверен, что она относится только к жизни Советского Союза того времени. Во-вторых, это можно считать экспериментом над человеком: кто-то один ставит себя вместо Бога и создает искусственного человека, а когда это ему становится неудобным, то забирает его жизнь назад.
Самое главное, конечно, что меня привлекло, чего Булгаков мог не знать, но гениально предчувствовать, это то, что мы сейчас живем в мире Шариковых, и поэтому я сразу решил, что конец будет другим. Моя опера заканчивается тем, что клоны Шариковых размножаются с дикой быстротой, и моя идея была в том, что вначале Шарик – еще злая, голодная собачка, но она поет в мегафон, издавая очень специфические рулады, а в конце поет уже целый хор.
Опера заканчивается беспрецедентным пением огромного хора в микрофоны. Это символ нашего современного мира, в котором грозятся пожрать и нашу культуру, и нас, и мы это хорошо чувствуем. Размножение человечества часто происходит не за счет лучшей его части, в смысле интеллекта. И поэтому наш мир сегодня наполнен Шариковыми – это я и хотел показать в конце своей оперы.
— Оперу уже видели в Амстердаме и в Лондоне. Как воспринимают европейцы этот «мир шариковых»? Понимают ли они, о чем речь?
— В Амстердаме и Лондоне опера была воспринята с диким энтузиазмом, на последний спектакль в Лондоне около 200 человек не могли купить билет. Думаю, успех нас ждет и в Милане. Затем опера будет показана в Лионе. В мае 2011 года была запланирована премьера в Мариинском театре с маэстро Гергиевым, но, к огромному сожалению, она не состоялась из-за юридических проблем с наследником Булгакова, который на территории России имеет неограниченные права.
Его финансовые требования оказались крайне высокими и постановку пришлось отменить. «Собачье сердце» оказалось запрещенным дважды: один раз по идеологическим причинам при жизни Булгакова, и второй раз уже после его смерти, в виде оперы, по экономическим причинам. Но я не перестаю надеяться, что все-таки когда-нибудь слушатели России смогут познакомиться с этой оперой, которая, скажу без лишней скромности, везде производит огромный эффект.
— Вы живете во Франции. Как у вас складываются отношения с французскими театрами? Заказывают ли вам музыку? Как в целом относятся к российским композиторам за рубежом?
— В Европе каждый отвечает сам за себя в том смысле, что какого-то принципиального отношения именно к российским композиторам нет. Здесь нет национальности, но есть имена. Но, что следует отметить, что важно и что я хотел бы, чтобы Россия когда-нибудь могла бы взять на вооружение, это то, что каждая страна уважает своих авторов.
В Англии фантастическое уважение к своим композиторам, даже к очень средним, то же самое в Голландии, в Германии, Франции, конечно, в Америке. У «Собачьего сердца» подобралась интернациональная команда.
В ней помимо итальянского оркестра Ла Скала и хора задействованы англичане, русские, французы. Люди с разных континентов – из Америки, из Бразилии, из Голландии.
В данном случае я чувствую не то, что я в Италии или во Франции, а то, что мы в итоге создали единый организм.
Мне кажется самым главным, что мы работаем на наше общее дело и все заражены энтузиазмом книги Булгакова. Каждый, скорее всего, понимает ее по-своему, но это один из примеров артистической межнациональной театральной кооперации.
Источник: rus.ruvr.ru