Любимая миллионами композитор Александра Пахмутова 9 ноября отметит 80-летний юбилей. О ней говорят – композитор эпохи. В ее песнях, как и в ее жизни, — история страны. Но как она сторонится от таких определений!
Ее первая мелодия была написана в пять лет. Наверное, тогда, 75 лет назад в поселке энергетиков под Сталинградом мало кто мог предположить, во что это вырастет. Сколько всего музыкальных произведений она сочинила, не помнит. И в этом — она вся.
Любимая миллионами композитор Александра Пахмутова 9 ноября отметит 80-летний юбилей. О ней говорят – композитор эпохи. В ее песнях, как и в ее жизни, — история страны. Но как она сторонится от таких определений!
Ее первая мелодия была написана в пять лет. Наверное, тогда, 75 лет назад в поселке энергетиков под Сталинградом мало кто мог предположить, во что это вырастет. Сколько всего музыкальных произведений она сочинила, не помнит. И в этом — она вся.
«Нет, я — не великий композитор, — подчеркивает народная артистка СССР, композитор Александра Пахмутова. — Вы знаете, есть люди, я знаю одного такого композитора, который страдает и обижается, когда ему говорят, что он талантливый. Да! Он думает, что он – гений».
Александра Пахмутова убеждена, что эпоха, время, безусловно, может вдохновлять. По ее песням можно изучать историю страны второй половины XX века. Пахмутова с Добронравовым сами летят на Ангару. И вот то ли по пути из Иркутска в Братск, то ли — из Братска в Иркутск рождается песня, в которой отразится эпоха.
«Летчик чинил, чинил, потому хоп, дверца закрылась: “Граждане, прошу занять свои места”. Граждане сели, — рассказывает композитор. — Тогда и катастроф-то и не было. Сели, полетели. И вот он там написал “Под крылом самолета о чем-то поет зеленое море тайги”.
И эта песня перешагнула сибирские просторы и даже Страну Советов. “Там и какого-то аэродрома не было, — продолжает Александра Пахмутова. — Прилетели, смотрим — гриб растет. Самолет сел. А рядом гриб растет. Чудо! И вот такие ребята все были — молодые. Это сказка была. Вечером — гитары. Братская ГЭС. Там были такие двухконсольные краны, и ночью все это светилось. Это какая-то сказка была точно”.
Сложно сказать, как без ее песен обошелся бы комсомол. Юность покоряла тайгу. “А знаете о народном творчестве, о перепевках песни „Старый клен“? – интересуется Александра Пахмутова. — У меня день рождения накануне Дня милиции, и однажды мы были в это время в Петербурге, и там был концерт день. Они вышли, причем все уже такие люди немолодые и стали мне петь на мотив „Старого клена“ — „Старый мент, старый мент“. Ну, это приятно очень”.
Она не любит рассуждать, как пишет музыку. Главное, говорит, чтобы было тихо. “Мне трудно сказать, как это происходит, признается композитор. — Например, я занималась по инструментовке у такого замечательного композитора Михаила Леонидовича Старокановского. У него были симфонии, он был великолепным органистом. Прошло время. Но сочинение осталось на все века и на все поколения: „Тра-та-та, тра-та-та, мы везем с собой кота“.
Диапазон невероятный — одна из ее песен стала неофициальным гимном целой страны. „Молодость моя — Белоруссия“ – это тоже Пахмутова.
„Мне посчастливилось, я училась в консерватории у совершенно уникального музыканта, выдающегося композитора Виссариона Яковлевича Шубалина. Он был учеником Месковского, который тогда еще был жив, — рассказывает Александра Пахмутова. — Я его видела, помню. А Месковский был учеником Николая Андреевича Римского-Корсакова. Так что все очень, очень, очень близко. К оркестру у меня, например, очень благоговейное отношение. Но я никогда не позволю себе предложить петь песню с симфоническим оркестром“.
А ведь, действительно, ее песенная музыка заслонила ее симфоническую. Хотя на Западе о ней знают, прежде всего, по знаменитому „Концерту для трубы с оркестром“. Но во всей ее музыке — жизненная сила. Характер закалился еще в пожаре войны.
„В Сталинграде я сказала, что мне нужно учиться, — отмечает Александра Пахмутова. – это был подростковый эгоизм. Мне нужно, необходимо учиться. Я говорю: я уже договорилась с летчиками. А фронт-то был рядом. И я там выступала, как все дети в госпиталях, аэродромах. Я с летчиком договорилась, что меня летчики отвезут в Москву. Мне нужно был учиться. У меня отец очень музыкальный человек. Мне просто досталась капелька от его дарования. Собралась комиссия, профессора — в центральной музыкальной школе при консерватории. В тот год заканчивали школу Коган и Ростропович. Это такая школа для одаренных детей при Московской консерватории. Меня слушали, дали очень хорошую оценку. Вечером мы с папой пошли в театр Станиславского, шел ‘Евгений Онегин’. 43-й года. Ни одного билета нет. Была насыщеннейшая культурная жизнь. Были люди в шинелях с фронта“.
Впереди еще было 10 трудных лет: учеба в консерватории, жизнь в коммуналке и карточки. Голодные послевоенные. Но она встала на ноги. И написала. Вот это — „Опустела без тебя земля“. Это уже классика. Чуть позже появится мужской вариант „Нежности“. Главный герой — космонавт. С космонавтами у Пахмутовой вообще особые отношения. И начинались они еще до полета Гагарина.
„В 61-м году весной нас пригласили на радио, так называемый ДЗЗ, Дом звукозаписи, где сейчас — канал ‘Культура’. Нас пригласили с Николаем Николаевичем, пригласили Александра Флярковского, Андрея Эшпая, Оскара Фельцмана, пригласили тогда уже очень солидных мэтров. Был Новиков, был Блантер, — вспоминает Александра Пахмутова. — Вот нас всех пригласили и сказали: ‘Мы вас пригласили, чтобы сказать вам очень доверительно, очень по секрету, что в нашей стране этой весной предполагается запуск в космос человека, впервые в истории запуск человека в космос!’ И вот с нами так побеседовали. Мы все вышли совершенно, чуть под машину не попали — такое впечатление было“.
Несколько раз на плечи композитора Пахмутовой падала государственная тайна. Одна из ярких страниц — Олимпиада-80 в Москве. „Сначала была просьба написать песню — ‘До свидания, Москва. Здравствуй, Лос-Анжелес’. Ну, мы согласились, но без большого энтузиазма, потому что это немножко дежурный вариант, — объясняет Александра Пахмутова. – ‘До свидания, один город. Здравствуй другой’, — это неинтересно. А потом мы вошли в Афганистан, начались политические дела, бойкот. Нам сказали: просто напишите прощальную песню. Мы с удовольствием это сделали. Записали летом. И нас просили выполнить только два условия. Никому не показывать песню до премьеры и никому не рассказывать, что Мишка улетит“.
Трибуны рыдали. Но есть в творческом портфеле Пахмутовой одна мелодия, которая всякий раз заставляет слушателя замирать – это песня „Мелодия“. Но ведь были и творческие сомнения! Еще чуть-чуть и „Мелодия“ могла угодить в корзину. Подробнее об этом – поэт, лауреат Государственной премии Николай Добронравов: „Она мне показала мелодию этой песни, которая потом называлась ‘Мелодия’, и сказала: ‘Знаешь, я тут что-то написала и не знаю, мне кажется, что вот что-то не очень, посмотри’. Я говорю: сыграй. А потом признался, что мне безумно нравится“.
С Николаем Николаевичем Добронравовым они вместе более полувека. Александра Николаевна честно говорит, что без мужа не смогла бы столько написать. Его стихи и ее музыка так и идут по жизни рядом друг с другом. В этом и есть главная философия жизни.”Надежда» песня простая: надо только выучиться ждать, быть спокойным и упрямым. Не надо суетиться, — говорит Александра Пахмутова. – И песни довольно одной».
Источник: vesti.ru