Он никому не навязывался, врываясь в дом вместе с прихваченным откуда-то сыном магнитофоном; и даже отец, любитель оперы, когда услыхал кайфо́вые песни из «Бегства мистера Мак-Кинли», сказал: «Может ведь, ну ведь может не хрипеть!» Подумалось: «А зачем тогда хрипел?..» Поздней понял: я и сам тогда корчился, сипел до боли, до тошноты, подражая не ему, кому-то другому, «из-за бугра» — это был мой Ответ. И получается, мы пели-отвечали в унисон.
Он никому не навязывался, врываясь в дом вместе с прихваченным откуда-то сыном магнитофоном; и даже отец, любитель оперы, когда услыхал кайфо́вые песни из «Бегства мистера Мак-Кинли», сказал: «Может ведь, ну ведь может не хрипеть!» Подумалось: «А зачем тогда хрипел?..» Поздней понял: я и сам тогда корчился, сипел до боли, до тошноты, подражая не ему, кому-то другому, «из-за бугра» — это был мой Ответ. И получается, мы пели-отвечали в унисон.
Источник: РуЖи на Хроносе
Источник: chaskor.ru