Фотография из архивов Александра Кушнира
Японял, что совершенно немогу слушатьто, что играю. Мне моя музыка внушает отвращение. Может быть, яскоро привыкну?
Сергей Курехин (изписем друзьям)
Фотография из архивов Александра Кушнира
Японял, что совершенно немогу слушатьто, что играю. Мне моя музыка внушает отвращение. Может быть, яскоро привыкну?
Сергей Курехин (изписем друзьям)
В81-м году перед Курехиным, как перед любым независимым музыкантом, встало два вопроса. Как вусловиях монополии государственной фирмы Мелодия записать свои произведения? Икак сделать так, чтобы эта работа увидела свет напластинке? Напервый взгляд это казалось невозможным, поскольку Курехин нинасантиметр небыл интегрирован всоциальную систему. Оннеявлялся ничленом Союза Композиторов, ниартистом Ленконцерта, нимузыкантом какой-либо филармонии. Аэто значило, что впрофессиональную студию, как вПитере, так ивМоскве, Сергею путь наглухо закрыт. Нотак только казалось. Как говорится, вкаждом заборе должна быть дырка.
…Семнадцатилетнего хиппи Сергея Свешникова Курехин знал еще современ театра Горошевского, где сын репрессированного советской властью художника играл главную роль вспектакле Шинель. Затем обладавший недюжинными артистическими способностями Свешников два раза ложился вдурдом сблагородной целью откосить отсоветской армии. Выйдя изпсихушки насвободу, Свешников увлекся звукорежиссурой, ивскоре превратился изсамоучки впрофессионального звукооператора.
Чтобы неполучить статью затунеядство, яв79-м году устроился работать встудию Театрального Института наМоховой, вспоминает спустя тридцать лет Сергей Борисович, который, поего собственному определению, был втовремя двадцатилетним хиппи инаркоманом. Вдневное время онозвучивал студенческие спектакли, апоночам осваивал имеющиеся втеатре агрегаты: венгерские двухдорожечные магнитофоны STM иотечественные МЭЗы. Такаяже материальная база была втупору уКутикова вМоскве, уПолковника вСвердловске иуТропилло вПитере. Стартовые возможности первых советских звукорежиссеров были примерно равны, идело оставалось замалым отважно выйти воткрытый космос студийной звукозаписи.
Вконце 70-х Свешников сделал несколько пробных сессий акустического дуэта Гребенщиков-Гаккель, попытался записать панковские боевики Свиньи ипервые шлягеры Секрета, атакже экспериментировал сарт-роковыми проектами гитариста Россиян Юры Мержевского. С80-го года онначал записывать различные опусы Курехина как сджазовыми музыкантами, так иего сольные работы.
The Wall (вторая композиция с альбома The Ways of Freedom)
Сергей относился кфортепиано некак пианист, вспоминает Свешников. Онвоспринимал его как некий черный ящик. Япомню, как онпривязывал туда какие-то колокольчики, рубил руками покорпусу рояля, орал итопал ногами. Акогда мызакончили запись ипрослушали весь материал, Курехин как-то по-особенному замечательно улыбался.
Понимая, что выпустить альбом савангардной фортепианной музыкой вСССР непредставляется возможным, Курехин обратил свой взор наЗапад. Надо признаться, что его несильно смущал пресловутый железный занавес, существовавший еще современ холодной войны 50-х годов. Стоит напомнить, что стех пор западные музыканты вСССР практически неприезжали, аихпластинки легально непродавались. Достать фирменную аппаратуру, инструменты или специализированную литературу было практически невозможно. Верно иобратное: усоветских музыкантов небыло нималейшего шанса оказаться услышанными наЗападе. Прорваться сквозь толстую стену культурной изоляции казалось тогда чем-то изобласти фантастики. НоКурехин сосвойственным эту проблему решил сосвойственным ему изяществом.
Если гора неидет кМагомету, тоМагомет идет кгоре. Единственная лазейка, ведущая вмир современной музыки, пролегала кнам через антенны коротковолновых радиоприемников, считавшихся тогда чутьли нетакойже роскошью, как холодильник ЗИЛ или автомобиль Жигули. Ставшая крылатой фраза Гребенщикова явключил приемник, услышал Битлз ипонял, для чего живу, точно отражала дух времени. ИКурехин был одним износителей этого духа. Напомним, что еще вЕвпатории Сергей сквозь рев глушилок слушал музыкальные передачи Голоса Америки, ВВС, Радио Свобода, Радио Люксембург. Ивкакой-то момент онрешил перейти оттеории кпрактике.
Записывая напростенький магнитофон джазовые выпуски ВВС Russian Service, Курехин узнал, что ихидеолог Алексей Леонидов создал вЛондоне лейбл Leo Records. Нанем планировалось выпускать диски Трио Ганелина, Сесила Тейлора имножество подобной авангардной инеоджазовой музыки. Интуитивно прочувствовав грядущие векторы развития Leo Records, Курехин понял, что настала пора действовать.
Фотография из архивов Александра Кушнира
Курехин дирижирует одним из составов Поп-механики на концерте в питерском СКК, конец 80-х
Нокак достучаться доЛондона? Как прорваться сквозь жесткий прессинг КГБ, который вскрывал письма, бандероли, посылки иконтролировал практически всю частную корреспонденцию, идущую наЗапад? Вопрос…
Через приятелей-джазменов Курехин узнал домашний адрес Леонидова, настоящее имя которого было Леонид Фейгин. Сергей написал ему откровенное письмо, которое передал вЛондон через знакомых студентов-иностранцев.
Первое письмо отКурехина пришло комне вдекабре 79-го года, вспоминает Фейгин. Кмоему невероятному удивлению, оно было написано прямым текстом, без конспирации. Ондаже называл меня Алексеем неЛео, недорогим другом, аАлексеем тем самым Алексеем, который ведет музыкальные передачи на ВВС… Письма Курехина отличались широчайшей музыкальной эрудицией инеподдельной искренностью. Чувствовалось, что этот человек живет музыкой икроме этого его ничто неинтересует.
Отрывок из документального фильма о Курехине, вышедшего на телеканале Культура
Между Курехиным иФейгиным завязалась оживленная переписка, которая привела ихкрешению выпустить вЛондоне альбом фортепианных композиций Сергея. Нодля этого надо было решить несколько технических вопросов вчастности, проблему коммуникаций. Поскольку каналы связи между Англией иСССР были невсегда стабильными, часть информации приходила вЛенинград обходными тропами вчастности, через Смоленск, где вактивной переписке сЛео состоял курехинский приятель Александр Петроченков.
Схема действий была простая инаглая: Курехин отсылал вСмоленск безобидную открытку например, сизображением памятника Ленину нафоне Смольного. Претензий кформе послания уфискальных органов быть немогло: внешний стиль был выдержан политически безупречно. Ссодержанием было сложнее. Сосвойственной ему дерзостью Курехин решил, что КГБ сосредотачивает внимание написьмах ителефонных разговорах, справедливо полагая, что никто небудет передавать секретную информацию напочтовой открытке. Ну, разве что безумный. Таким человеком, собственно говоря, ибыл Курехин. Войдя враж, онписал Петроченкову практически открытым текстом: Саша, здравствуй! Очень рад был получить оттебя весточку. Ятоже получил недавно письмо отАЛ ижду пленку. Напиши ему, что как только яееполучу, сразуже приступлю кзаписи. Надеюсь, она получится интересной. Действуетли еще твой канал? Напиши обо всем поподробнее…
Дипломатический канал Петроченкова, связанный сего знакомыми впосольстве Франции, работал как часы, иуже спустя несколько месяцев Курехин передал Фейгину запись десятка фортепианных пьес. Сусловием, что ниназвание студии, ниимя звукорежиссера набудущей пластинке упоминаться недолжны. Впротивном случае уСвешникова, который насвой страх ириск пускал Курехина встудию Театрального Института, могли возникнуть крупные неприятности.
Честно говоря, я довольно смутно помню музыку. Тем не менее, я придумал названия
Любопытно, что музыка наальбоме интересовала Курехина далеко невпервую очередь. Форма ивнешняя подача были для него значительно важнее содержания. Уже тогда Сергея больше беспокоили драматургия диска, его оформление ивнешний эффект. Когда вавгусте 81года Курехин давал письменное интервью Петроченкову, товконце текста написал свое пожелание: Яхочу, чтобы напластинке небыло никакого материала. Только названия композиций итехнические данные. Это интервью истатью Фейгин может поместить где ему захочется. Влюбом журнале, только ненаконверте.
Вголове уКурехина четко выстроилась сквозная концепция дебютного альбома. Название композиций были подобраны максимально провокативно саллюзией напроизведения опального Солженицына. Саму пластинку Курехин решил назвать The Ways OfFreedom, аосновные музыкальные темы свидетельствовали обескомпромиссности ихавтора: Архипелаг, Стена, Нет выхода, Внутренний страх, Другой путь.
Archipelago (из альбома The Ways OfFreedom)
Честно говоря, ядовольно смутно помню музыку, признавался Курехин вписьмах Фейгину. Тем неменее, япридумал названия… Желательно, чтобы названия композиций были впредложенном мной порядке. Для меня это имеет концептуальное значение. Порядок музыкальных частейВы можете менять пособственному усмотрению, без согласования сомной.
Концепция Курехина привела Фейгина всостояние тихой паники. Бывший житель Ленинграда, имевший личный опыт столкновений сКГБ, онпрекрасно понимал, что Сергей, пусть инаконцептуально-художественном уровне, нобросает серьезный вызов советской системе. При всем желании такую пластинку сложно было назвать идеологически нейтральной или политкорректной.
Мне было страшно подумать, что станет сСергеем, если ядействительно выпущу диск под названием Стена исназваниями композиций, среди которых прослеживается явный намек на Архипелаг Гулаг, вспоминает Фейгин. Ятутже отправил письмо Курехину спросьбой одуматься, ноочень быстро получил ответ, что оннехочет ничего менять ивсю ответственность берет насебя.
Спорить, судя повсему, было бесполезно, ивконце 81года виниловый диск The Ways OfFreedom наконец-то увидел свет. Наобложке красовалась фотография самого композитора, анаобратной стороне конверта было опубликовано заявление отиздателей: Сергей Курехин ненесет никакой ответственности запубликацию этих записей. Таким образом Фейгин пытался обезопасить автора отрепрессий идавления властей.
Фотография из архивов Александра Кушнира
Курехин дирижирует Поп-механикой в эфире программы Музыкальный ринг, 1987-й год. Среди участников оркестра Сергей Летов, Олег Гаркуша, Виктор Цой и другие
Спустя некоторое время сигнальные экземпляры диска были переданы вЛенинград. Содня написания Курехиным первого письма вЛондон идомомента получения наруки собственного экземпляра пластинки прошло без малого три года. Тогда Сергей еще незнал, что наего альбом выйдет куча как восхищенных, так искептических рецензий отмногих западных изданий начиная от New York Times и Daily Telegraph изаканчивая авторитетным джазовым журналом Down Beat.
Полученный изсамиздатовских источников, этот диск представляет молодого русского пианиста, чьи свободные импровизации проходят параллельно импровизациям Ховарда Райли, писал джазовый обозреватель газеты Times Ричард Уильямс. Технически ошеломляющие, быстрые вразвитии идеи носзияющей дырой там, где должно быть сердце. Тем неменее, очень интересно, что такая музыка исходит изЛенинграда.
Несмотря наэкзотический характер пластинки, ряд западных критиков отнеслись кальбому насторожено. Они считали звук наThe Ways OfFreedom искусственно ускоренным, иназывали подобную технику записи шарлатанством. Когда Курехина спрашивали про это, онлибо уходил отответа, либо отшучивался натему того, что журналисты, как всегда, ничего непонимают.
Сегодня сложно сказать, как насамом деле развивались события. Доподлинно известно, что почти год Сергей ждал отЛео вожделенную пленку для записи. Икто мог подумать тогда, что овчинка выделки нестоит?! Никто немог предположить, что стесненный всредствах Фейгин вынужден был стащить состудии ВВС пленку Racal Zonal, предназначенную исключительно для записи речи, ноникак немузыки. Позднее друзья Курехина, причастные квыпуску альбома, объясняли бешеную скорость фортепианных пассажей техническими особенностями английской пленки. Сэтим можно былобы согласиться, еслибы неодна любопытная деталь. Сергей Свешников признался мне, что The Ways OfFreedom писался… наобыкновенную шосткинскую катушку Свема.
Про английскую пленку яточно ничего незнаю, рассказывает Свешников, который впервые затридцать лет дал интервью натему этой сессии. Мыходили вмагазин, покупали Свему инанее фиксировали курехинские импровизации.
Первая часть Музыкального ринга с участием Курехина и Поп-механики. Какого рода у вас нездоровые ассоциации возникают?
Тем неменее, вЛондон треки были переданы ненаСвеме, анапленке Racal Zonal, и, как выяснилось впоследствии, вускоренном варианте. Иесли Свешникова неподводит память, тоэто означает, что, возможно, Курехин (или кто-то изего друзей) при перегоне пленки напленку провел дополнительные технические обработки. Иускоренная запись витоге оказалось неслучайной, как это считалась раньше, аконцептуально продуманной. Увы, это неболее чем одна изверсий узнать точную информацию сегодня уже непредставляется возможным…
Какбы там нибыло, основная цель появления The Ways OfFreedom была достигнута. Курехину нужен был скандальный резонанс наЗападе ионего получил. Композиции сальбома регулярно транслировались вджазовых выпусках ВВС иГолоса Америки, причем зачастую сдиссидентскими комментариями радио диджеев. Вопрос теперь заключался втом, насколько рьяно воспримут эту акцию советские цензоры?
Ябыл убежден, что выход пластинки неостанется для Курехина безнаказанным, вспоминает Фейгин. Ксчастью, вопреки моим опасениям, унего никогда небыло осложнений сКГБ. Будучи полным социальным аутсайдером, онвел себя так, словно этой организации вообще несуществует. Иона как будто вознаградила Курехина засмелость тем, что оставила его впокое.
Витоге Курехин стал первым питерским музыкантом, укоторого вышла виниловая пластинка наЗападе. Это была большая победа. Допоявления этого диска мало кто вмузыкальных кругах воспринимал Курехина как серьезную стратегическую величину. Свыходом The Ways OfFreedom вокруг Сергея возник ореол истинного, апотому непризнанного наРодине гения. Прямо наглазах умузыкальной общественности Курехин становился культовой фигурой.
Будучи полным социальным аутсайдером, Курехин вел себя так, словно КГБ вообще несуществует
Вкакой-то момент слухи омолодом пианисте дошли доамериканского консульства вЛенинграде. Мифология исарафанное радио сработали безотказно оСергее Курехине вовсю шла восторженная подпольная молва, как осамом громком исамом быстром джазовом пианисте Ленинграда. Масла вогонь подлили публикации взападной прессе. Тогда-то иродилась внедрах консульства безумная, казалосьбы, для времен железного занавеса идея познакомить Курехина сведущим джазовых передач наГолосе Америке Уиллисом Коновером. Под знаменем укрепления советско-американской дружбы вгород наНеве был также выписан музыкальный десант всоставе легендарного джазмена Чика Кориа ивиброфониста Гэри Бертона. Все эти мосты дружбы было решено наводить натерритории американского консульства 4июля 1982года, аккурат вДень Независимости США.
Без всяких раздумий Курехин созвал наэтот праздник жизни всех знакомых джазменов ирокеров: Гребенщикова, Дюшу, Фана, Губермана, Болучевского, Гаккеля, Фагота, Бутмана, братьев Сологубов, Лешу Рахова иСашу Кондрашкина изСтранных игр, Алика Кана, Грищенко изГольфстрима, Аркашу Драгомощенко…
Это было эпохальное событие, вспоминает Сева Гаккель. Мыодолжили друг удруга приличную одежду ниукого изнас отродясь небыло пиджаков ивозначенный час двинулись вконсульство. Все ближайшие улицы были заполнены комитетчиками, которые вкоричневых исерых костюмах стояли группами подва-три человека иякобы беседовали. Насамом деле они напряженно работали, пытаясь если несфотографировать, то, покрайней мере, сосчитать изапомнить всех шедших наконцерт. Было ощущение, что туда пришел весь Сайгон. Комитетчики бесились, ноничего немогли поделать.
Свернув сулицы Восстания наГродненский переулок иоказавшись врезиденции Генерального консула США, Курехин почувствовал, что попал вдругую страну. Его здесь ждали идействительно любили некак потенциального антисоветчика или будущую рок-звезду, апросто так, по-человечески. Программа вечера выглядела многообещающей: море еды, реки халявного виски, бесхозные посольские дочки, инадесерт выступление деятелей современной американской культуры.
Столы ломились отяств ивыпивки, которую представители ленинградской богемы видели разве что вголливудских боевиках. Понять умом коммунистический лозунг два мира два образа жизни уже было выше ихсил. Посему художественный актив ленинградского рока, несильно задумываясь опоследствиях, дал волю инстинктам. Ипока Курехин дарил Коноверу диски, наши рокеры, немедля нисекунды, как стая саранчи двинулись нашведский стол. Прошли считанные минуты, исфуршетом было покончено.
Фотография из архивов Александра Кушнира
Олег Гаркуша и Сергей Курехин на концерте Поп-механики в петербургском СКК
Беспредел, который устроили ленинградцы, неподдается описанию, рассказывает присутствовавший наэтой оргии Липницкий. Там все выпили истащили все, что только можно было стащить: книжки, бутылки, кофе. Ипрямо намоих глазах Болучевский подошел крастерянным американцами, пошатываясь, сказал Чику Кориа: Еслибы выжили здесь, выбылибы такимиже…
После этого Болучевский громко икнул ирухнул плашмя кногам абсолютно счастливого Курехина, который осознал, что торжественная часть вечера, похоже, закончена. Неудивительно, что выступление Гэри Бэртона иЧика Кориа крупного международного резонанса уже неимело. Судя повсему, пора было сваливать.
Нолегко сказать сваливать, если американское консульство окружено совсех сторон пикетами комитета госбезопасности! Пошли нахитрость. Надвух машинах сдипломатическими номерами уехало человек пятнадцать. Как они поместились внутрь, науке неизвестно. Садились громко, позвякивая ворованным виски ишумно распевая народные песни. Непривлечь внимания людей вштатском эти патлатые варвары просто немогли. Заними устремился хвост изнескольких автомобилей смигалками исиренами. Звучит, как банальный детектив, нотакова была советская реальность.
Когдаже страсти стихли, еще наодной машине изпосольства тихо выехали Курехин иЧик Кориа, которого Сергей пригласил ксебе вгости вСосновую Поляну. Вкачестве переводчика взяли Алика Кана, анаПлощади Искусств подобрали джазового гуру Фейертага как говорится, навсякий случай.
Ехали кругами, заметая следы. Слежки, похоже, не было
Ехали кругами, заметая следы. Слежки, похоже, небыло. Какбы оторвались, какбы обманули… Наконец-то добрались доСосновки, тихо проскользнули вквартиру, где уже спали дети сестры. Понимая торжественность момента, достали изхолодильника водку, ивыпили практически без закуски. Еды дома небыло, даивблизлежащем гастрономеее, побольшому счету, тоже небыло. Там уже давно, кроме соли, спичек ихлеба, ничего небыло…
Вкрохотной курехинской комнатушке все сгрудились возле пианино свободного пространства больше несуществовало. Что теперь делать? Играть ислушать Курехина? Новдоме все спят. Слушать Чика Кориа? Ноонбуквально пару часов назад выступал вконсульстве. Получался замкнутый круг: напротив друг друга сидели два неординарных музыканта. Один незнает английский язык, другой незнает русский. Иочем они могли разговаривать?
Поверсии Фейертага, все выглядело спонтанно инеподготовленно. Меня тогда совершенно смутило отсутствие идеи, вспоминает Владимир Борисович. Мырассказывали осудьбах музыкантов вСССР, аЧика Кориа это несильно волновало… Он, похоже, так инепонял, зачем мыего сюда привезли. Посидели полчаса, апотом оноткланялся исказал: Уже пора вгостиницу, меня там ждут. Имыповезли его обратно.
Нонесмотря наотдельные нестыковки ментальностей, вечер все-таки удался. Никого незабрали вБольшой дом, ниукого небыло неприятностей наработе, аКурехин слукавым выражением лица рассказывал друзьям: Чик показывал мне аккорды, которые онлюбит, яему показал, какие аккорды мне нравятся. Вот такое унас было общение…
Взаимопроникновение двух джазовых культур вэтот незабываемый вечер все-таки произошло, пусть, напервый взгляд, инезаметно. Курехин презентовал американцам несколько экземпляров The Ways ОfFreedom, контрабандой привезенных знакомыми студентами. Как нистранно, посылка нашла адресата один издисков, совершив кругосветное путешествие помаршруту Лондон Смоленск Ленинград Вашингтон Нью-Йорк, оказался спустя несколько месяцев вредакции газеты New York Times.
Кто такой Сергей Курехин икакова его роль для музыки Советского Союза? вопрошал врецензии на Пути свободы авторитетный критик Джон Парелес. Его дебютный альбом это показатель того, что происходит всоветском музыкальном андеграунде? Никто нескажет точно. Ногосподин Курехин действительно настоящее открытие. Его освежающе-опьяняющая музыка сочетает взрывную атональность Сесила Тэйлора исовременную гармонию звука Скрябина иШостаковича, плюс немного блюза ииронии. Отрывки звучат свободно иимпровизированно, даже тогда, когда господин Курехин привносит вмузыку драматическое содержание…
Как говорится, конец цитаты. И, как видите, никакого железного занавеса вокруг.
Счастье мое
Советский романс 30-х годов Счастье мое в исполнении Сергея Курехина и Кешавана Маслака с альбома Friends Afar — одной из последних пластинок Курехина, вышедших при его жизни. Поет сам Сергей Курехин
Книга Александра Кушнира Сергей Курехин: Безумная механика русского рока в настоящий момент готовится к публикации и должна выйти в свет в 2012 году.
Источник: afisha.ru