Эксперты винят в нынешних неприятностях доктрину «евросоциализма» — этакого повернутого к беднейшим слоям населения социализма с человеческим лицом и угодливой гримасой в стиле «чего изволите?».
Спасение кредиторов за счёт государства, высокие пособия по безработице, поддержка всех и вся без исключения — вот только часть фундаментальных ошибок, систематическое повторение которых и привело к тяжёлому положению экономики Старого Света.
Эксперты винят в нынешних неприятностях доктрину «евросоциализма» — этакого повернутого к беднейшим слоям населения социализма с человеческим лицом и угодливой гримасой в стиле «чего изволите?».
Спасение кредиторов за счёт государства, высокие пособия по безработице, поддержка всех и вся без исключения — вот только часть фундаментальных ошибок, систематическое повторение которых и привело к тяжёлому положению экономики Старого Света.
Очевидно, что за социальные программы должен кто-то платить. Та же Франция пошла по пути ужесточения налогового режима. Это привело к тому, что в течение 20 лет страна потеряла около одного миллиона рабочих мест, пишет газета Le Figaro со ссылкой на фонд Concorde. По самым скромным оценкам, за это время страну покинули 60 тысяч предпринимателей. Все они руководили компаниями, в которых работали примерно по 16 человек. Если бы они остались, во Франции было бы почти на миллион рабочих мест больше.
Число «налоговых беженцев» резко увеличилось в прошлом году. Среди них оказались такие видные персоны, как кинозвезда Жерар Депардье, семья Мюлье, владеющая сетью супермаркетов Auchan, один из пионеров электронной музыки — французский композитор Жан-Мишель Жарр и богатейший человек Франции Бернар Арно. Все они уехали из Франции на фоне планов Олланда обложить беспрецедентным налогом в 75% в год все доходы свыше одного миллиона евро.
В декабре этот налог был заблокирован Конституционным советом. А недавно был предложен на рассмотрение юристам Госсовета, который рекомендовал властям уменьшить его до 66% или даже 60%. Собственно, это иллюстрирует серьёзные подвижки во французском общественном мнении. Сегодня «налог на богатых» поддерживает всего около половины населения. При этом следует помнить, что Олланд пришёл к власти на волне идеи социальной справедливости.
Год назад за «раскулачивание» богатых соотечественников высказалось большинство французов. Этой весной президента-социалиста поддерживает около трети населения. Концепция равноправия стремительно девальвируется. Масла в огонь добавляет кипрский кризис. Европейцы получили наглядное представление, что такое экспроприация. И если даже предположить, что часть кипрских офшорных капиталов имеет сомнительное происхождение, для Западной Европы важен сам факт изъятия частной собственности во внесудебном порядке (хотя и под благовидным предлогом a-la Робин Гуд).
В общем, у некоторых аналитиков начинает складываться ощущение, что Старый Свет начинает заново открывать для себя старые добрые правоконсервативные ценности. Хотя их оппоненты полагают иначе. Говорит эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Владимир Брутер:
«Единой тенденции нет. Она и невозможна из-за того, что европейская политика, на мой взгляд, сильно фрагментировалась. И если 20 лет назад в европейской политике были очевидные тренды, то сейчас никаких настроений нет. Всё это переходит в режим, скорее, выживания, нежели прогнозирования.
Реакция Олланда понятна. Он реагировал на совершенно конкретные вызовы так, как считал нужным. Из этого получилось то, что получилось. В принципе, у него есть возможность свой рейтинг если не улучшить, то по крайней мере не ухудшать дальше. У соперников французских социалистов, французских «правых», тоже нет никаких предложений по части оздоровления экономики.
Реакция властей на экономические проблемы всегда достаточно стандартна. И если нужно сбалансировать бюджет, необходимы меры жёсткой экономии (что и делает французское правительство). Действительно, отток капитала приводит к потере рабочих мест. Но экономику не только иногда приходиться «разогревать». Иногда её приходиться и «остужать».
Некоторые эксперты видят проблему в том, что разные части европейской экономики приходится «нагревать» и «остужать» одновременно. В то время как успешный Север континента толкает систему вперёд, проблемный Юг тянет её назад. И это положение кажется неисправимым. Поскольку ещё на этапе создания европейского общего дома было понятно, что подобное будет происходить.
При этом Север Европы ведёт наступление не только на позиции южан, но и на собственных граждан. Предвыборная решимость Ангелы Меркель отстоять право немецких бюргеров не платить по кипрским счетам не должна никого обманывать. Это особый случай.
В целом же складывается интересная ситуация: европейская единая валюта есть — а европейского дома нет. Как говорят критики, ЕС — это худшая из коммунальных квартир. И для среднестатистического европейского налогоплательщика не столь уж важно, на основе какой концепции — «социалистической» Олланда или «либеральной» Ангелы Меркель — поддерживается иллюзорное европейское единство. Главное, что это делается из его кармана.
Говорит ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Сергей Федоров:
«Говорить о том, что Европа готовится к „правому повороту“, было бы неправильным. Потому что до последнего времени „правые“ находились у власти во многих странах. Только Франция стала социалистической. И то, если мы посмотрим, какими были первоначальные обещания и какая политика проводится сегодня, то мы увидим, что она аналогична политике правительства Саркози с небольшими изменениями.
Деление на социалистов, на «правых» довольно условно. Не в силах многие страны поддерживать систему социального обеспечения, которая сложилась в послевоенное время. Реформы в этой области провести очень тяжело. Потому что никто не хочет расставаться с хорошей жизнью. Но так или иначе это придётся сделать. Нет никаких волшебных решений. Социалистические идеи о справедливости во многом оказались голословными. На практике приходится проводить политику, считаясь с экономическими реалиями».
Как бы ни называть экономическую политику в большинстве стран Европы, странным образом она до последнего времени тяготела к простым решениям в социалистическом духе. И это вовсе не пресловутый шведский «социализм с человеческим лицом». По мнению некоторых аналитиков, то, что называется «евросоциализмом», на самом деле ближе к коммунизму в самом вульгарном его понимании.
Как известно, социализм — это когда «от каждого по способностям, каждому по труду». Так живут, к примеру, скандинавы. А коммунизм — это когда «от каждого по способностям, каждому по потребностям». Именно так, по-коммунистически, живут в Западной Европе многочисленные эмигранты из стран третьего мира. Им блага «западной цивилизации» достаются фактически даром.
Уже третье поколение иммигрантов во Франции никогда в этой жизни не работало. В Германии большинство иммигрантов, сидя на щедрых денежных пособиях, имеют зачастую больше денег, чем сами немцы. Это вызывает естественное недоумение — тем более, что эмигранты, мягко говоря, не испытывают благодарности к своей новой родине, оставаясь чуждыми европейской культуре. А выбираемые демократическим путём власти заискивают перед населением, обещая невыполнимое.
Впрочем, время заискиваний, похоже, проходит. Всё большему числу европейцев очевидно, что если число иждивенцев превышает число работающих, если система плодит нахлебников, а желающих работать бьёт по рукам высокими налогами и бюрократическими препонами, то такая система долго не продержится.
Канцлер Меркель уже чистосердечно призналась, что политика мультикультурализма, проповедуемая в Европе долгие годы, потерпела крах и что сложившаяся ситуация требует новых людей и новых идей. Но ни того, ни другого пока не видно. Возможно, именно поэтому европейская «левая» мечта о «рае для всех» стремительно проскакивает через центр в сторону ультранационалистического «рая для своих и ада для прочих».
Эксперт Степан Демура полагает, что вслед за сменой европейской психологии начнётся трансформация континентальной экономики: «Если сейчас Европа живет в эпоху финансового капитализма, то постепенно все вернется к капитализму обычному, возможно, даже с легким налетом национал-социализма. Налицо дисбаланс: производительные силы на сегодняшний день не соответствуют производственным отношениям. Ситуация должна обратиться вспять: европеец начнет жить по средствам, а не бегать за кредитом по любому поводу».
Ну а на сегодняшний день большинство европейцев уже убедились в том, что «левые» методы в экономике не решают её проблем.
«В Европе продолжаются процессы перехода к „реальной политике“, — отметил эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований Владимир Брутер. — Власти во всех странах вынуждены реагировать на сложившуюся ситуацию. „Старая“ Европа понимает, что у неё есть некая моральная и материальная обязанность содержать новые страны в экстраординарных обстоятельствах.
Разумеется, никто не хочет, чтобы это продолжалось вечно. Но какое-то время такая ситуация продолжаться может. Вряд ли мы можем предположить, что Юг начнёт финансировать Север. Это было бы верхом оптимизма. И, на мой взгляд, в ближайшие десятилетия этого не произойдёт.
С экономической точки зрения расширение ЕС никогда не было оправданным. Введение евро и создание элементов общей экономики создало огромные диспропорции. Испания, Италия, Греция и Кипр не могли просто вписаться в новую ситуацию. И не смогут вписаться в неё в ближайшее время. Для того чтобы экономика Европы переформатировалась, необходим новый подход. Необходимо новое распределение ролей в ЕС. Сейчас к этому никто не готов».
Остаются надежды на новое поколение европейских политиков-реалистов, которые распространяли бы идеи социализма только на детей, инвалидов и пенсионеров. А социальную защищённость остальных поставили бы в зависимость от желания и умения работать.
Источник: rus.ruvr.ru