— Картина «Частица» уже была отмечена большим количеством наград, но на Московском международном кинофестивале она произвела сенсацию в полном смысле этого слова. Фильм получил главный приз фестиваля и приз за лучшую женскую роль. Вы ожидали подобного результата? Или же он стал для Вас сюрпризом?
— Картина «Частица» уже была отмечена большим количеством наград, но на Московском международном кинофестивале она произвела сенсацию в полном смысле этого слова. Фильм получил главный приз фестиваля и приз за лучшую женскую роль. Вы ожидали подобного результата? Или же он стал для Вас сюрпризом?
— На самом деле, у меня были такие предположения относительно приза за лучшую женскую роль, поскольку я был уверен в мастерстве Жале и силе созданного ею образа. А вот приз за лучший фильм, действительно, стал для меня настоящим сюрпризом. Я не ожидал такого решения жюри, потому что в основном конкурсе фестиваля участвовало множество хороших фильмов, и среди режиссеров я был одним из самых молодых. Я даже не мог подумать, что мой фильм будет признан лучшим, когда рядом были картины более опытных и известных режиссеров. Я очень счастлив.
— Какой фильм, на Ваш взгляд, был ближе всего к победе?
— Очень много говорили о фильме «Роль» российского режиссера Константина Лопушанского. Но «Частица», хотя и не была в числе первых 2-3 фаворитов фестиваля, в первую пятерку точно входила. Мы испытали чувство огромного счастья от победы…
— «Частица» принесла Жале Арыкан три приза за лучшую женскую роль на трех фестивалях, включая Московский. Это в очередной раз подтверждает, насколько важен для успеха фильма правильный выбор актера на ту или иную роль. Каким образом Вы остановили свой выбор на Жале Арыкан?
— Честно говоря, это произошло благодаря совету нашего друга. Когда я впервые увидел Жале, ее внешность произвела на меня большое впечатление. Ее лицо, стать, жесты и позы, — все это показалось мне очень кинематографичным и естественным. Именно это было необходимо для создания реалистичного образа в фильме. Поэтому, только увидев Жале, я понял, что никто, кроме нее не сможет лучше сыграть роль Зейнеп. Мы с некоторым страхом дали Жале сценарий. Волновались, понравится ли он ей, сможет ли она сниматься. Но, к счастью, все оказалось хорошо. Ей очень понравился сценарий, и она подчеркнула, что хочет работать с нами. Вот так наши пути и пересеклись.
— Жале Арыкан приехала с Вами в Москву. Какие чувства она испытала, когда ей вручили приз?
— Конечно же, она тоже очень счастлива. Вы знаете, значение русской школы актерской игры в мировом кинематографе сложно переоценить. Ее преподают в театральных и киностудиях по всему миру. Как для нашей картины в целом, так и для Жале, в частности, это большая честь — получить приз за лучшую женскую роль на кинофестивале в стране, где возникла и развилась великолепная школа актерского мастерства.
— «Частица» — картина, не рассчитанная на массового зрителя, не блокбастер. Это фильм о жизни женщины, в которой, как в зеркале, отражены такие проблемы, как нищета, эксплуатация труда, борьба за выживание. Что заставило Вас обратиться к этим темам?
— Я наблюдал подобную жизнь. В течение совсем небольшого периода времени у меня была возможность увидеть жизнь женщины, которая, как героиня в фильме, пыталась выжить вместе со своей дочкой и матерью, работая 2-3 раза в неделю, она постоянно находилась в поисках работы. Я почувствовал, что должен рассказать эту историю жизни, захотел поделиться ею с другими людьми.
— Женщины в России, как во времена Советского Союза, так и в постсоветский период, несли на себе груз социальных и экономических проблем. В России также есть матери, ведущие каждодневную борьбу за существование. В этом смысле, между героиней фильма Зейнеп и некоторыми российскими женщинами можно провести параллель?
— Конечно. Мне кажется, здесь не нужно делать никакого разделения. Схожий образ жизни может порождать у людей одни и те же чувства, мысли, в независимости от страны их проживания. История женщины, пытающейся выжить на задворках Стамбула, в районе Тарлабашы, смогла найти отклик у большого количества людей в России, дала им возможность задуматься, почувствовать то, что переживала эта женщина. Да, это сила кино, но это также и доказательство того, что все люди на этой земле, от Востока до Запада, и от Севера до Юга, испытывают похожие чувства, страдают и борются во имя схожих целей.
— Какие оценки фильму дали российские зрители и члены жюри фестиваля?
— Впечатление зрителей было очень положительным. Наша пресс-конференция прошла при полном аншлаге. Те, кто посмотрел фильм, сказал, что он произвел очень сильное впечатление. Многие даже заметили, что, хотя и бывали в Стамбуле неоднократно, никогда не видели его таким — таких переулков, такой жизни. И это правильно, потому что Стамбул — богатый и очень современный город. Но, как в любом городе, на его задворках, на его «дне» идет своя, на первый взгляд невидимая жизнь. Это история как раз о такой жизни…Она очень взволновала зрителя. Когда я разговаривал с членами жюри после церемонии вручения призов, они рассказали мне, что почти единогласно приняли решение дать главный приз «Частице». Они также поделились своими впечатлениями от фильма, и заметили, что мы «смогли рассказать нашу историю новым языком, необычными изобразительными средствами». Эти слова, безусловно, вдохновили и осчастливили меня, режиссера, который находится еще только в самом начале своего профессионального пути.
— В Турции Ваш фильм, наряду с положительными отзывами, вызвал волну критики. Некоторые расценивают «Частицу» как фильм-агитацию, социальный драматизм которого сильно преувеличен. Между тем, как Вы уже сказали, и в Турции, и во всем мире люди сталкиваются с похожими, и даже более тяжелыми условия жизни. С чем Вы связываете эти критические замечания в адрес фильма? Неужели мы не хотим видеть правду даже на экране?
— Самая большая критика в адрес фильма связана либо с тем, что он не завершился счастливым концом, либо с тем, что в нем, по сути, нет четкой концовки. Это вызвано особенностями нашей природы — мы предпочитаем избегать вопросов, анализа собственной жизни, стремимся убежать от негативного опыта, борьбы за свои права. И я тоже такой. Никто не хочет бороться, разбираться, брать на себя ответственность, усложнять себе жизнь. В этом смысле, у «Частицы» есть своя миссия. Фильм показывает определенный образ жизни и в связи с этим наделяет зрителей чувством ответственности. Задача кино — не только развлекать, помогать интересно провести время, но и давать возможность обогатиться опытом, прожить разные жизненные сценарии.
— Ваш первый полнометражный фильм был отмечен большим количеством наград как у себя на родине, так и за рубежом. Каковы Ваши дальнейшие планы? Ваш следующий фильм также будет относиться к жанру социального реализма?
— В настоящий момент я работаю над новым проектом. Я хочу снять новый фильм в сотрудничестве с той же продюсерской компанией, с те же продюсером. Конечно же, это будет другая история, но в целом я намерен придерживаться похожего стиля. На сегодняшний день, это самая доступная и удобная для меня форма выражения, но все покажет время. Потому что каждая история, каждый образ рождает свой выразительный язык, свои неповторимые приемы донесения смысла до зрителя.
— Хотелось бы поговорить поподробнее о Московском кинофестивале. Не могли бы Вы рассказать о своих впечатлениях от фестиваля?
— Московский международный кинофестиваль — это место, куда приехало большое количество иностранных гостей, место, где мы смогли обсудить новинки кинематографа и познакомиться с новыми интересными людьми. Масштаб фестиваля, который год от года все увеличивается, оказывает влияние на мировой кинематограф. Потому что благодаря этому мероприятию вы знакомите с фильмами огромное число людей, знакомится с новинками, новыми течениями, мировыми тенденциями в области кино. В этом смысле, я сравниваю фестивали с ярмарками — это место, где люди лучше узнают друг друга. Я уехал с фестиваля, вдохновленный, увозя с собой замечательные впечатления, кроме того, здесь я смог наладить очень важные контакты для будущего.
— Я знаю, что на Вашу творческую деятельность оказали влияние такие режиссеры, как Кен Лоук и братья Дарденн. А кто Ваш любимый российский режиссер, и какие фильмы российского кинематографа оставили у Вас самые сильные впечатления?
— Я глубоко изучаю творчество Тарковского, также стараюсь следить за работами Сокурова, прочитал книги о кино, написанные режиссером Пудовкиным. Могу сказать, что русская литература питает мое творчество. Я чувствую всю глубину русского кино, и стараюсь изучить его, узнать о нем как можно больше. Оно близко мне по духу, потому что в его основе лежит стремление к познанию человеческой души, ее глубины.
— Какое впечатление произвела на Вас Москва?
— К сожалению, я не смог проникнуть в ее потаенные уголки, увидел только центр города, прогулялся по нему. Когда я вышел на улицу ночью для того, чтобы сделать фотографии, я с особой силой почувствовал следующее: Москва — это действительно тот город, в воздухе которого ощущается дыхание страны. Это очень необычный, удивительный город. В нем ощущается вся глубина русской литературы, он наполнен искусством, дышит им. Москва взволновала и покорила меня. Очень надеюсь скоро снова приехать сюда.
Источник: rus.ruvr.ru