Рок-музыка на постсоветском пространстве перестала быть носителем старых ценностей — сейчас она больше направлена на коммерцию, и почти перестала нести бунтарские идеи в общество. Однако и в самом обществе нет спроса на песни с острым социальным протестом — люди устали от постоянного военного положения, внутренних противоречий — и поэтому даже музыканты советской школы в подавляющем большинстве размышляют о вечных ценностях. Фронтмен казахстанской рок-группы Motor-Roller Ильяс Аутов считает, что мы живем во время появления первых культурных ценностей.
Рок-музыка на постсоветском пространстве перестала быть носителем старых ценностей — сейчас она больше направлена на коммерцию, и почти перестала нести бунтарские идеи в общество. Однако и в самом обществе нет спроса на песни с острым социальным протестом — люди устали от постоянного военного положения, внутренних противоречий — и поэтому даже музыканты советской школы в подавляющем большинстве размышляют о вечных ценностях. Фронтмен казахстанской рок-группы Motor-Roller Ильяс Аутов считает, что мы живем во время появления первых культурных ценностей.
Рок-музыка на постсоветском пространстве перестала быть н
ИА REGNUM Новости: Рок-музыканты еще со времен СССР закрепили за собой имидж борцов с системой. Почему же сейчас со сцены не слышно «Мы хотим перемен!»?
Начнем с того, что сама рок-музыка сильно преобразилась. Я бы даже сказал, деформировалась. Если раньше эта музыка несла в себе открытый социальный протест, то нынешний рок становится коммерческим, в него проникают тенденции поп-музыки. Соответственно, другими становятся тексты, в них почти нет протеста. Я пока что говорю только про постсоветское пространство. Потому что скажем, на Западе социального протеста в текстах рок-музыкантов нет вовсе. Если говорить о пространстве СНГ — протест в рок-музыке есть только, наверное, против мещанства, пошлости. Но в основном рокеры поют сейчас о несчастной любви. Либо, в качестве альтернативы, в моду вошли тексты с непонятной поэтикой. Чем текст непонятнее, тем он более заманчивый, притягательный. Именно благодаря непонятности текстов у юношей и девушек создается впечатление, что это что-то настоящее. Порой доходит до абсурда — рок-музыкантами себя начинают позиционировать такие группы, как «Звери», «Братья Гримм», которые к рок-музыке никакого отношения не имеют вообще. Или можно взять для примера Шнура [лидера группы «Ленинград» — ИА REGNUM Новости] — если это и рок, то это, как говорится, говнорок в чистом проявлении. Потому что парень делает себе аудиторию матом. Однозначно, яркого протеста в рок-музыке сейчас нет. И даже старые команды, такие, как «ДДТ», как «Аквариум» — они в силу возраста уходят в философию. Нет всем знакомой баррикадности ДДТ, большинство этих команд делают упор на человеческие ценности.
ИА REGNUM Новости: Может, социальный протест попросту не востребован в обществе?
Да, и именно эти тенденции многие рок-музыканты улавливают. Ведь настоящий творческий человек всегда чувствует признаки времени — что нужно эпохе, какая это эпоха, о чем нужно писать. Я согласен, все темы, о которых сейчас поют — они вечные. Но неважно, что ты делаешь, важно — как ты это делаешь. А многие сейчас не умеют делать. Берется определенная форма — и получается песня. Вроде она о чем-то сильном, высоком, с мощным социальным подтекстом, но о чем в конечном итоге песня — и не поймешь. Во всех отраслях искусства — всемирное увлечение формой. И в музыке, и в кино. Конечно, есть содержательные фильмы, не менее содержательные песни, но их очень мало. Общество требует идеальных форм.
ИА REGNUM Новости: Что может изменить эту ситуацию?
Я думаю, что от человека в данном случае ничего не зависит. Это как революционная ситуация, которую очень сложно создать искусственно — она приходит сама. Но нужно оговориться, что совсем необязательно делать революцию, чтобы создавать качественные вещи. Хорошие музыканты, настоящие поэты и великие режиссеры работают, опираясь на вечные ценности. Но именно сейчас (я имею в виду эпоху) — появились широкие горизонты для зарабатывания денег. Чем, собственно, большинство творческих людей и начали заниматься. Они берут то, что потребно сейчас и начинают эту тему эксплуатировать. Стригут дивиденды. Поэтому людей, которые бы действительно хотели бы что-то сказать, попробовать изменить мир, очень мало. Их всегда было немного, но раньше, в советское время, в 60-х, 70-х, условия были намного благоприятнее. Само общество требовало перемен, надоело жить по-старому, нужно было что-то ломать. В тот момент музыканты и прочие творческие люди уловили эти настроения — и появились остросоциальные песни, фильмы. Появилась идея, со временем выработалась баррикадность. Сейчас этого нет. Все зарабатывают деньги.
ИА REGNUM Новости: Ваша песня «Рекламабад» — о пагубном влиянии рекламы — это сознательная позиция или результат вдохновения?
Мы поймали тенденцию, мне кажется. У людей очень сильное отвращение к рекламе. Я не понимаю, как она существует — потому что у кого ни спросишь — все переключаются во время рекламы на другой канал. Все стебаются над ней, она всем надоела уже. Вот здесь классическая революционная ситуация — низы уже не хотят, чтобы их кормили дрянью. Реклама сделал из Баскова лучшего певца, хотя Хворостовского никто не отменял. Реклама подняла Филиппа Киркорова — хотя он тоже абсолютный ноль. Да, она многоцветна, поначалу даже интересна — но подсознательно люди понимают, что это все — туфта. Дутый шарик. В том же интернете почитать отзывы о Билане и Киркорове — и сразу все встает на свои места. Хороших отзывов очень мало. Больше — плохих. Но эта чаша уже переполняется. Кучка богатых людей создает продукт, который «пипл хавает». Но и начинает понимать, что все это было глупо. Обществу уже сейчас требуется что-то настоящее. И оно начинает появляться.
ИА REGNUM Новости: Например?
Фильмы начинают появляться. «12» Никиты Михалкова. «Остров» Павла Лунгина. Да, эти моменты проявляются пока что точечно, но мне кажется что, например, Безруков, который сыграл в «Бригаде» братка, начал понимать, что это была неправильная роль. Ведь он породил целую плеяду уродов. Я в последнее время не вижу его в плохих ролях — видимо, появился выбор и он начал выбирать. О чем это говорит? О том, что думающие люди стараются не испачкаться, если это возможно. И таких становится все больше.
ИА REGNUM Новости: В кризис общество меняется?
Однозначно. Вы посмотрите вокруг себя — даже на дорогах люди ведут себя вежливее по отношению друг к другу. Стали корректнее относиться к ближнему. Так получилось, что кризис имеет очищающие свойства — люди начинают задумываться: а правильно ли я живу? Это происходит именно в кризис. Благодаря этому люди начинают более мягко и внимательно относиться друг к другу. Кроме того, очень многих кризис в Казахстане сломал — эти люди тоже начинают понимать, что над ними все же есть какая-то сила. Раньше они все себя считали богами, небожителями — а потом оказалось, что шахматная доска — она не для всех и смести с нее можно любого. Кризис — это в этом смысле хорошая вещь.
ИА REGNUM Новости: Казахстанская элита — финансовая, политическая, с которой вы общаетесь на «корпоративах», отдает себе отчет в необратимости некоторых общественных процессов? Скажем, понимают ли ситуацию с дольщиками?
Конечно, они понимают, что ситуация может «выстрелить». Вообще, надо отдать должное людям, стоящим у руля — в кризис все подобрались, начали работать. Потом есть еще фактор громких уголовных дел — когда сажают чиновников. Дорожная полиция в этой связи начала совершенно по-другому себя вести. Раньше — наглость была беспредельной. Тот же бюрократический аппарат начал работать! Элита понимает. Я общаюсь со многими людьми, в том числе и из власти. Все — вменяемые, образованные. Отдают себе, во всяком случае, отчет в том, что надстройка держится на базисе. А базис — это народ. Народ держать за быдло, нельзя считать его стадом. И если какая-то прореха случится в народе, или общественные процессы станут острее — тогда все. Все может рухнуть. И понимание этого совершенно ясное.
ИА REGNUM Новости: Совместно с группой «Чайф» вы сняли клип на вашу песню «Утро в деревне». Что это — совместный протест против обыденности жизни офисного планктона?
Нет. Мы с Володей [Шахриным, лидером грумы «Чайф» — ИА REGNUM Новости] довольно тесно общаемся вне сцены, и однажды он оговорился, что ему очень понравилась эта песня. И что можно было бы снять совместный клип на эту тему. Я зацепился за идею, мы нашли деньги и Володя приехал в Питер, где клип и был снят. Кроме того, если говорить о протесте, то «Чайф», наверное, одним из первых оказался в списке групп, которые ушли в поле общечеловеческих ценностей, бытового философствования. И потом, он мне сказал совершенно открытым текстом недавно, что не готов никого поднимать на вилы. Ушло то время, он сейчас хочет петь о другом. Потому что все мы люди. И с возрастом приходит понимание, что когда-то приходится отталкиваться от любви к человеку, к жизни. Собственно, сейчас я тоже прихожу к пониманию, что расставлять все точки над «ё» не совсем правильно. Это раньше было нужно говорить лозунгами, кричать. Наверное, это правильно. В жизни не хватает спокойствия. Только сейчас мы начинаем «очухиваться» после 10-15 лет всех этих передряг. Появилась потребность в простых человеческих ценностях. Хочется обычного постоянства. Всем же хочется просто работать. Чтобы не было ситуации с этими обманутыми дольщиками. Надоело постоянное духовное военное положение. Надоела война. Надоели противоречия, чисто внутренние. Языковые, например.
ИА REGNUM Новости: Вы имеете в виду противоречия на языковом поле в Казахстане?
Да, конечно. Они есть. Государственный язык — казахский, а большинство говорит на русском. Я не знаю, как это все будет регулироваться. У нас евразийская культура. Но многие процессы сейчас отброшены назад. В бытовых отношениях зачастую наблюдается откровенное средневековье. Такая же жесткая иерархия — все делятся на агашек [старейшин — ИА REGNUM Новости и балашек [молодежь — ИА REGNUM Новости]. Общество расслоилось.
Я думаю, что язык должен развиваться естественно — насаждение чего-либо, даже если это касается языка, неправильно. Нужно, чтобы все развивалось естественным, грамотным путем. Например, развитие казахского языка — чтобы оно шло поступательно, чтобы оно шло постепенно. Многие не помнят уроков прошлого. В советское время некоторые вещи делались насильно. От людей чего-то требовали — например, отречения от старого и принятия нового. Так не должно быть. Это противоречит диалектике развития человеческого общества. Если все будет постепенно — не будет выражения недовольства, народных волнений. Развивать казахский язык надо, но резких шагов предпринимать нельзя. Если человек нормально работает, приносит пользу государству — и тут на него начинают давить, ущемляя его в правах за незнание казахского языка, какую он может принести пользу? Он не принесет пользы. Вспомните, сколько специалистов уехало в результате давления? Если бы все они были здесь, у нас проблем было бы меньше.
Источник: regnum.ru