Гость в студии «Голоса России» — заместитель руководителя Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству Александр Чесноков.
Программу ведет Константин Косачев.
Гость в студии «Голоса России» — заместитель руководителя Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству Александр Чесноков.
Программу ведет Константин Косачев.
Косачев: Добрый день, уважаемые радиослушатели! С вами я, Константин Косачев, руководитель Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству, спецпредставитель президента России по СНГ.
Данная программа необычна в том смысле, что мы выходим параллельно и на русском, и на английском языках примерно на одну и ту же тему. Моим гостем в англоязычной версии был Пол де Квинси, руководитель Британского совета в Москве, и мы говорили о факторе «мягкой силы», о культурном присутствии Великобритании по всему миру и, в частности, в России.
Моим гостем в русскоязычной версии авторской программы является Александр Георгиевич Чесноков, заместитель руководителя Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству, человек, который только что вернулся из Лондона, где в минувшую пятницу произошло еще одно событие, о котором мы поговорим в нашей программе.
Прежде, чем мы перейдем к событиям, может быть, более общий вопрос. Привыкли, наверное, и наши радиослушатели, и граждане России, когда речь заходит о российско-британских отношениях, в основном получать негативную информацию — то камень какой-то шпионский где-то найдут, то полонием кого-то отравят.
В силу этого российско-британские отношения находятся на весьма и весьма низкой точке, и в ряде случаев отсутствие сотрудничества просто-напросто вступает в противоречие с потребностями сегодняшнего дня.
Нет, скажем, сотрудничества спецслужб по антитеррору, стоит на месте дискуссия по тому, как нам облегчить визовый режим. С Евросоюзом Россия продвинулась достаточно далеко, с Великобританией — нет.
Нет и искомого соглашения о деятельности культурных центров на территории Великобритании и России. Известна конфликтная ситуация с Британским советом в России, мы это обсуждали с господином де Квинси.
По нашему лондонскому или британскому культурному присутствию (нашему — я имею в виду, российскому), как сейчас выглядит ситуация, как она развивалась в последние годы, насколько на наше гуманитарное, культурное присутствие в Великобритании наложила свой отпечаток большая политика?
Чесноков: Конечно, тема, которую вы подняли сегодня, очень актуальна, потому что Россотрудничество у нас всегда несет доброе, вечное в другие страны мира.
Косачев: Призвано нести. Получается или нет — об этом судить, наверное, не нам, а тем, кто сталкивается с нашей работой за рубежом.
Чесноков: Именно проекты в сфере культуры, науки, образовательные проекты, русский язык. И, конечно, для нас это было событием: 23 марта в Великобритании был открыт офис Россотрудничества, представительство в составе посольства Российской Федерации, на таких же принципах, на которых работает British Council (Британский Совет) в Российской Федерации. Как известно, они имеют офис в Москве.
Наверное, очень важно то, что небольшие шаги, может быть, к потеплению отношений, как раз могут быть сделаны через такие проекты, как проекты в сфере культуры, образовательные проекты, связанные с русским языком.
Я должен сказать, что открытый офис вызвал неподдельный интерес и у наших соотечественников, проживающих в Великобритании, которые туда пришли, и, скажем так, у руководителей власти, представителей общественных организаций.
Надо сказать, что член королевской семьи, принц Майкл Кентский, пришел на открытие офиса и даже сказал несколько слов на русском языке, открывая его, где основным лейтмотивом было, конечно, продвижение и изучение русского языка.
У нас на открытии был Михаил Ефимович Швыдкой, спецпредставитель президента по международному культурному сотрудничеству. Конечно, открывал посол Яковенко Александр Владимирович. На открытии у нас также присутствовал и директор Государственного музея Эрмитаж Михаил Пиотровский.
Я должен сказать, что англичане тоже не обошли вниманием это событие, потому что центр открыт в одном из самых интересных исторических мест Лондона — это район Кенсингтон, всем хорошо известный.
Пришли с британской стороны представители British Council, Грег Хэндс, член парламента Великобритании, пришли президент Ассоциации MBA британских университетов сэр Пол Джадж, приняли участие мэр района Кенсингтон и Челси Джули Миллс и многие другие.
Косачев: Судя по набору таких звонких имен, действительно, и мероприятие значимое, и внимание к нему соответствующее.
И все-таки, «офис» в понимании большинства людей — это нечто бюрократическое: стоят папки, бегают секретарши. «Центр» — звучит по-другому и выглядит, наверное, по-другому.
Знаю, что центр мы не можем учредить в Великобритании по причине отсутствия межправительственного соглашения. А межправительственное соглашение отсутствует по причине соответствующего состояния наших двусторонних отношений. Чем богаты, тому и рады.
Скажите, пожалуйста, офис, который открылся в Лондоне, будет для тех сотрудников, которые в нем работают, или он все-таки предназначен для широкой публики? Что там будет? Как это выглядит?
Чесноков: Отходя от торжественной части, эмоциональной, которая состоялась 23 марта, конечно, очень важным является то, что, может быть, этот офис является первым шагом. Наверное, мы когда-то подпишем межправительственное соглашение об открытии деятельности культурных центров, хотя сегодня действует одно из соглашений 1994 года о сотрудничестве, рамочно, в сфере науки.
Косачев: Важно здесь понимать, что российская сторона готова к подписанию такого соглашения. Правда, там есть увязка со вторым соглашением об упрощении визовых процедур. Тоже, безусловно, тема гуманитарная, и хорошо, когда друг к другу ездят не только выставки, но и живые люди, преодолевая существовавшие до того визовые барьеры. Но готовы-то больше мы. И, я надеюсь, что британская сторона также пойдет в этом вопросе навстречу.
Кстати, и представительство Британского совета в России, как выяснилось из разговора с господином де Квинси, к этому тоже всячески свои официальные власти побуждает по собственным каналам.
Чесноков: Наверное, Россотрудничество и является тем элементом «мягкой силы», который, может быть, и подвигает власти, в том числе и к каким-то решениям. Наши отношения с Британией много веков длятся, поэтому не так все быстро. Триста лет уже было наших отношений с Британией, первый посол был направлен в начале 1700 года.
Но, возвращаясь к офису, думаю, что это первый шаг к открытию впоследствии полноправного центра. Что там будет работать?
Косачев: Уже сейчас?
Чесноков: Да, буквально с 1 апреля. Первое — это курсы русского языка. Туда могут записаться все желающие. Они будут работать на бесплатной основе. Будет преподаватель русского языка. Соответственно, оборудован прекраснейший класс русского языка, в котором установлены самые современные технологии, интерактивные доски, и, наверное, что самое главное, самые современные методические рекомендации по изучению русского языка с использованием современных информационных технологий.
Второе — это прекрасная библиотека. Пока она насчитывает порядка 10 тысяч томов наших книг. Это исторические книги, это книги о российско-британских отношениях, это книги о России, это наши классики, писатели, поэты. Можно взять эти книги, записаться (есть небольшой читальный зал), либо прочитать непосредственно в офисе, либо даже взять с собой и при свете камина почитать очень интересные издания, книги.
Мы установили электронный доступ к российским библиотекам. То есть можно в режиме онлайн получить доступ более чем к 60 тысячам наших изданий совместно с Фондом библиотеки имени Ельцина.
Конечно же, очень важным является и то, что центр, мы считаем, будет вторым домом для наших соотечественников, проживающих в Великобритании. Я вам должен сказать, что события следуют одно за одним. 25 марта состоялся пятый форум соотечественников Великобритании, где обсуждались очень важные и необходимые вопросы, особенно связанные с сохранением русского языка, его изучением, с билингвальными семьями, где дети двуязычные, и, конечно, требуются билингвальные школы.
И, конечно, практически все делегаты этого форума просили поддержи с точки зрения поставки методической литературы и книг для продолжения изучения русского языка.
Наверное, очень важным тоже является такой момент, как поддержка наших соотечественников через творческое начало. Недавно состоялось десятилетие творческого поэтического форума «Пушкин в Британии», где Россотрудничество стояло, в общем-то, у истоков мероприятия, которое выросло сегодня и в Британии.
Более того, сейчас начинаются подобные конкурсы и в странах СНГ, что очень важно. На Украине уже прошло два конкурса «Пушкин в Одессе». На следующий год мы планируем проведение конкурса поэтов стран СНГ, в которых уже дали согласие принять участие молодые писатели, поэты с Украины, из Узбекистана, Казахстана, Молдавии и многих других стран.
Косачев: Я имел честь принимать участие в десятилетии программы, или проекта, «Пушкин в Британии». Мне, как обычному почитателю и Пушкина, и Британии, в этом случае очень понравилось то, что я увидел. Это была совершенно замечательная, креативная, инновационная в культурном отношении акция, или фестиваль. Ведь, как известно, Пушкин в Великобритании никогда не был, и в данном случае речь идет о творчестве, о стихах. Причем о творчестве, которое вовлекает в себя все новые и новые массы.
Одна из идей этого проекта заключается в том, чтобы предлагать всем, кто чувствует в себе поэтический зуд, пофантазировать на темы Пушкина, когда берется какая-то первая строка (или не первая строка) одного из его известных стихотворений, делается первой строкой, после чего нужно дописывать уже в стиле, в жанре, в размере Пушкина что-то свое.
Конкурс сначала заочный, когда идет виртуальное общение через Интернет, а потом уже финалисты собираются вместе и в режиме онлайн продолжают демонстрировать свои способности, уже не пользуясь словарями рифм и другими подручными средствами.
В этом году первой заглавной строчкой для конкурса является «Как денди лондонский одет», и, надеюсь, что в Интернете можно легко найти адреса, по которым можно присоединиться, поучаствовать в этом конкурсе. Так что те, кто этим заинтересовался, набирайте в поисковике «Пушкин в Британии» в одно слово и становитесь участниками этого конкурса, реализуемого при поддержке и участии Россотрудничества.
Чесноков: Вы знаете, совершенно правильно. Я был на одном таком конкурсе, и там был один профессор из Оксфорда, который занимается переводами Пушкина, Байрона. Конечно, было очень важно, что он смог перевести фразу «Я помню чудное мгновение» восемь раз на английский язык.
Косачев: В восьми версиях?
Чесноков: Да. Каждый раз это звучало по-разному.
Косачев: И Пушкин велик.
Чесноков: И Байрон велик.
Косачев: И в Оксфорде, видимо, выпускают хороших специалистов.
Чесноков: Да. Очень важно то, что к инициативам «мягкой», народной, дипломатии, как мы ее называем, участники этого форума в прошлом году выдвинули идею: почему бы нам в Москве не открыть аллею Байрона, к примеру. А в Лондоне — аллею Пушкина. Я знаю, что такая общественность уже начинает работать.
Косачев: Убежден в том, что этим нужно заниматься целенаправленно и последовательно с обеих сторон. Без такой работы мы не сможем наши политические отношения, все время стремящиеся загнать себя в тупик, не будем говорить о причинах, вывести в нормальное состояние, которого ожидают народы Великобритании и России.
От темы Лондона — шире. То, что произошло в Лондоне, — это типичное событие? Насколько часто такие офисы или центры открываются по миру? Какие есть наработки, итоги, результаты и какие планы на будущее?
Чесноков: Да, действительно так. Это работа по открытию наших офисов, центров во всем мире.
Я должен сказать, что в прошлом году были открыты наши культурные центры, поскольку есть межправительственные соглашения со странами. Крупнейшие центры открыты в Италии, Испании, Таджикистане (Душанбе), если мы берем страны СНГ.
Мы планируем открытие в этом году, подписываются межправительственные соглашения, в тех странах, где мы давно потеряли какие-то позиции. Это Лаос, известный в восточной части мира. Это Австралия.
Буквально недавно в Совете Федерации обсуждался проект закона о ратификации между правительством Украины и Российской Федерации, который, если будет подписан, даст нам возможность в этом году открыть еще несколько центров на территории Украины.
Сейчас у нас работают центры в Киеве, Одессе, Симферополе. В этом году мы планируем открытие еще во Львове, Харькове и Днепропетровске. Планируем также открытие центров и на других континентах. Я говорил, это Австралия и Канада.
В год приходится открывать 4-5 таких центров, готовить всю нормативную базу. Но я должен сказать, что Российские центры науки и культуры, наши представительства в составе посольств — не самоцель, их открытие во всех странах мира, хотя ранее таких организаций было порядка 120 в разных странах мира открыто.
Конечно, это, в первую очередь, доведение информации о России, о национальных проектах России. Вы знаете, что этот год объявлен президентом России Годом российской истории. Год 1150-летия зарождения российской государственности. Год 200-летия победы в Отечественной войне 1812 года. Ряд других крупнейших и важнейших дат, которые наши центры должны транслировать на общественность, наших соотечественников, которые работают, живут во многих странах мира.
Поэтому работа по открытию идет постоянно. На сегодняшний день в проекте у нас более 23 межправительственных соглашений. Это значит, что в ближайшем будущем такие центры будут открыты в 20 странах мира.
Косачев: Я видел в Интернете дискуссию по географии расширения наших культурных центров. Одна из точек зрения, которая там достаточно широко представлена, заключается в том, что географически дальнее зарубежье — для чиновников, которые хотят с туристическими целями выехать в экзотическую страну. Что Россотрудничеству нужно концентрировать свои усилия на соседних странах, которые образовались после распада Советского Союза, где огромная масса наших соотечественников, не по собственной воле там живущих.
Я не считаю открытие наших культурных центров на дальних географических пространствах туризмом и экзотикой. Там тоже живут наши соотечественники, может быть, их меньше. Предыстория их попадания в эти страны значительно более вариативна.
Но я абсолютно убежден в том, что чем в большем числе стран Россия будет иметь свои центры, чем больше стран будет иметь возможность говорить на русском языке, о русской культуре, о русской истории, о русской науке, тем легче будет России занимать подобающие ей позиции в глобальном масштабе.
С чем я готов согласиться, так это с тем, что в странах, где наши соотечественники живут не всегда и не совсем по собственному выбору, наше культурное присутствие должно быть максимально расширено. Очень здорово, что у нас на Украине три центра есть, еще три в планах.
В Казахстане, если я не ошибаюсь, сейчас два центра. Думаю, что их тоже должно быть 5-6, не меньше. Потому что большое количество крупных городов, районных центров.
То же самое в Белоруссии, если мы будем говорить о нашем евразийском проекте. Считается, что Белоруссия с точки зрения распространения, статуса русского языка, — благополучная страна. Но, на мой взгляд, это не является поводом для самоуспокоения.
Конечно же, наши центры не призваны противодействовать каким-то тенденциям, будь они в зародыше или уже обозначившиеся. Но если не будет культурного присутствия, если не будет связей на духовном уровне между людьми, то никакие усилия политиков, экономистов, таможенников — кого угодно, по созданию дееспособных интеграционных структур не окажутся востребованными.
Я убежден в том, что наш план по открытию таких центров, не сокращая его по дальнему зарубежью, обязательно нужно расширять в части, касающейся наших ближайших стран-соседей.
Чесноков: Абсолютно согласен. Мейнстрим именно на так называемое «постсоветское пространство». Открытие там наших культурных центров очень важно.
Говоря о дальнем зарубежье, тех же странах Латинской Америки, Африканского континента, США — в свое время десятки тысяч выпускников, как мы называем, «советских вузов», которые учились в России.
Косачев: Многие из них, надеюсь, нас сейчас слушают.
Чесноков: Я тоже на это надеюсь и был бы очень рад. Они побывали в России. Они, может быть, получили ментальность в этом плане. Потому что те, кто учился в России и жил в общежитии, запомнят Россию навсегда. Конечно, не хотелось бы их терять.
Косачев: Они расширили свою ментальность. Не то, чтобы они «инфильтрованы» нашим присутствием, но всегда здорово, когда человек имел возможность пожить, поучиться и поработать в другой стране. Тем самым он имеет другой, не только узконациональный, но и глобальный взгляд на вещи.
Чесноков: Буквально 3-4 года назад проходил большой форум именно выпускников российских, советских вузов. Тогда приехало более 700 человек на этот форум из разных стран мира.
Кто-то работает в искусстве, кто-то в науке, кто-то занимает правительственные достаточно высокие должности. Они, я вам должен сказать, многие до сих пор поддерживают мнение, что Россия — ведущая держава, ведущая страна в мире, где одно из лучших образований, где одна из лучших культура и одна из лучших наука. Все они это знают и до сих пор являются нашими сторонниками в этой программе.
На мой взгляд, абсолютный приоритет — за постсоветским пространством, но где возможно, мы должны сохранить наше присутствие в этом плане.
Косачев: Вы затронули тему образования выпускников вузов. Есть сейчас квота в распоряжении Минобразования, по-моему, около 10 тысяч зарубежных студентов, которые приглашаются на учебу в Россию. На мой взгляд, это очень мало.
Чесноков: Это мало.
Косачев: Если посмотреть на американо-китайский опыт, там взаимные обмены исчисляются сотнями тысяч студентов.
Мне представляется, что, экономя на расходах по обучению конкретных людей, мы проигрываем в долгосрочной перспективе, не формируя собственный спектр людей, которые не во всем являются нашими единомышленниками, но которые всегда будут иметь внутреннюю симпатию и духовную связь с той страной, которая дала им высшее образование, возможность профессионально реализовать себя в будущем.
Чесноков: Высшее образование и социум, где они были, конечно, очень важны.
Косачев: В этом смысле наши центры, на мой взгляд, обязательно должны быть и уже являются площадками для презентаций соответствующих возможностей России в сфере образования. Если хотите — воротами для тех, кто, не владея технологиями заполнения анкет, подачи заявок и так далее, мог бы, тем не менее, легко войти в образовательный круг России.
Чесноков: Еще один очень у нас хороший резерв, возможность есть — это продвижение регионов Российской Федерации в зарубежных странах. Конечно, наши центры должны быть и площадками для проведения дней регионов, и для проведения торгово-промышленных миссий, и для презентаций различных региональных проектов.
Подписание соглашений с регионами России, я думаю, позволит вывести не только Москву, Санкт-Петербург, крупнейшие города, но и другие города России на международный уровень с точки зрения презентации, вхождения в это пространство.
Косачев: Конечно. Я убежден в том, что одним из очевидных брендов России является наше разнообразие, и духовное, и культурное, и этническое, и географическое. Все это — Россия, страна регионов.
Если мы сможем представить эти регионы в их разнообразии, на всю глубину, что называется, мне кажется, образ России в современном мире, который бьется с проблемами мультикультурализма, полиэтничности, во многом заставит мир по-другому относиться к России, чей опыт в этой сфере действительно уникален, востребован, работоспособен. В этом смысле наши центры смогут свой потенциал реализовать значительно полнее, чем это было до сих пор.
Моим гостем в студии был Александр Георгиевич Чесноков, заместитель руководителя Россотрудничества, непосредственно курирующий деятельность российских центров науки и культуры за рубежом. Спасибо за внимание.
Чесноков: Спасибо.
Источник: rus.ruvr.ru