Люди мыслящие, интеллектуалы, наверняка украдкой подавят внезапный зевок скуки, прочтя строки о том, что политикой движут интересы и что идеологии, принципы, доктрины — все обслуживает ту же политику.
Но, согласитесь, повторение пройденного всегда во благо: как говорят наши шейхи, вреда не будет, а польза — того и гляди.
Люди мыслящие, интеллектуалы, наверняка украдкой подавят внезапный зевок скуки, прочтя строки о том, что политикой движут интересы и что идеологии, принципы, доктрины — все обслуживает ту же политику.
Но, согласитесь, повторение пройденного всегда во благо: как говорят наши шейхи, вреда не будет, а польза — того и гляди.
Нелишне напомнить многим, очень многим людям, чьи души переполнены религиозными чувствами, эмоциями социального, гуманистического склада, эту фундаментальную истину — отсылаю вас к началу статьи. Ибо ее не воспринимают всерьез именно тогда, когда необходимо четкое осознание политических событий и всего, что за ними… Иначе — катастрофа.
Настойчивость и упорство, с какими Москва и Пекин защищают режим Асада, проистекает именно из интересов. Обе супердержавы идут против течения, действуют наперекор мировому сообществу и не боятся потерять лицо, Ибо утрата режима обернется катастрофическими потерями для каждого из партнеров невольного «проасадовского тандема».
Вы вправе задать вполне уместный в нынешних обстоятельствах вопрос: бойня, массовые убийства мирных людей могут как-то влиять на формирование политических взглядов, позиций.
Безусловно. Дер-Зор, Хула, Хомс взывают к нашей совести, требуют от мировой общественности принятия решений. Эти печальные события должны быть трансформированы в политическую реакцию мира, равнодушно взирающего на все, что творится в Стране Шам. И в конкретную помощь Сирийскому национальному совету и Свободной сирийской армии.
Выдворение сирийских дипломатов из мировых столиц — шаг верный, но крайне запоздалый. Потому во многих СМИ замелькали броские заголовки, суть которых — «мера куцая и неэффективная, надо двигаться дальше». Дипломатов обычно высылают перед началом войны, как свидетельствует насыщенная трагическими событиями история прошлого века.
Многие и воспринимают происходящее как повод побряцать оружием и спешно снарядить «крестовый поход» на Дамаск. Не стоит этого делать. Москва и Пекин сдерживают военное вторжение, вероятно, потому, что яснее видят трагический для всех итог: сильнейшая на Востоке армия не позволит разгромить себя и поставить на колени, как африканских наемников Каддафи.
Мы убеждаемся, планы Кофи Аннана не срабатывают, международные наблюдатели, вместо того чтобы выводить войска регулярной армии из городов и селений, занялись статистикой: жертвы уличных боев, артобстрелов, сколько раненых, погибших… Политической отдачи от всего этого — никакой.
Режим продолжает оставаться твердыней. Молодой президент, скорее всего, не разделяет житейскую мудрость древнего персидского мыслителя и поэта Руми: чтобы избавиться от петли, надо всего лишь помереть…
Напротив, жизненная энергетика порождает мысли о сотворении государства, пределами которого и сжать, как тисками, загнанный внутрь конфликт. Например, в небольшом сирийском регионе с центром в городе Латакия, над которым нависают горы, густо заселенные и обжитые племенами алавитов.
Так будет создана новая сирийская идентичность, опираясь на которую можно будет просить об оказании международной поддержки национальным меньшинствам. Расчет прост: сердобольный до мелких национальностей и фракций Запад вмиг откликнется на вопль о помощи. Как это не раз случалось уже и в новейшей истории.
Благородная позиция Запада играет на руку сегодняшней Сирии, режиму. Правящая семья господствует и подавляет всех при поддержке алавитской секты, самой незначительной среди других сирийских конфессий.
Что предпринять, никто не знает. Американский Госдеп устами посла Штатов в ООН Сюзан Райс призывает к реализации «третьего сценария» — решительным действиям против Асада, без оглядки на Совет Безопасности, за его, так сказать, стенами, не ожидая принятия резолюций и выдачи санкций…
Но это всего лишь декларация о намерениях, поскольку и госпожа Райс, и Госдеп США осознают, что падение режима разверзнет врата острейшим, хроническим арабским проблемам и страны, и региона: трайбализм, политический ислам, конфессиональная и этническая раздробленность. «Аль-Каида» воспрянет духом и, обретя второе дыхание, поведет десятки тысяч завербованных воинов Аллаха на штурм бастионов американских и западных интересов в арабском и исламском мире…
Западные и арабские эксперты и аналитики справедливо полагают, что Иран, в случае необходимости, не колеблясь, примет сторону своего союзника и партнера, применив всю наличествующую мощь, компетентность, опыт, военный потенциал, аппарат разведки.
Асад и рассматривает Тегеран как один из спасательных лееров, который не позволит ему уйти с головой в пучину. Но готов поспорить со многими светилами политической аналитики, что персидским муллам не удастся превратить Сирию в филиал Ирана на Ближнем Востоке: слишком глубока пропасть между этими исламскими государствами…
Война с Ираком, ядерная программа, наконец, демографическая структура позволяют правящему тегеранскому режиму не только успешно завоевывать региональное признание и влияние, но и прикрываться как щитом, когда дело доходит до внутренних политических конфликтов и распри.
У Асада за душой ничего подобного нет. Выдержавший испытание временем проект обеспечения безопасности соседнего Израиля чести и славы Сирии не приумножает, но отвращает единоверцев и региона и всего исламского мира от Дамаска, еще более обостряя внутренний кризис…
Есть пока у Асада «спасательные круги». В международном аспекте — это российско-китайское вето, в региональном — Иран и его союзники в Ираке, ну а дома — сирийские вооруженные силы.
Сирийскую армию создавали по чисто конфессиональному признаку. Высокие командные должности сам Хафез Асад вручал собственноручно выходцам из алавитских родов и кланов. Тогдашний президент был одержим идеей формирования контингента «вооруженных сил Ближнего Востока особого назначения». Наряду с боевыми группировками, которые французы начали создавать еще в 20-х годах прошлого столетия. И комплектовали их исключительно людьми из алавитских меньшинств.
Французский экспедиционный корпус способствовал рождению воинской традиции: алавиты становились доблестными солдатами, блестящими офицерами, цветом и славой армии. Они же после исхода оккупационных сил из Сирии на протяжении многих лет возглавляли военные перевороты, чередовавшиеся один за другим…
Секта алавитов стала правящей династией. Асаду есть пока на кого опереться.
Но, как нередко случалось в неспокойном и вечно тлеющем войной регионе, в политике вообще, спасательный леер выскальзывал из рук и превращался в веревку палача-вешателя…
Источник: rus.ruvr.ru