Кто убил Петра Столыпина?

Кто убил Петра Столыпина?
Жизнь

На первом памятнике Столыпину, открытом незадолго до Первой мировой войны в Киеве, было написано, что он родился в 1862 году в Москве. Место указано неверно — на самом деле, будущий реформатор родился 14 апреля 1862 года в Дрездене. Неясно, имела ли место ошибка, или же инициаторы установки киевского памятника из патриотических соображений заменили саксонский город на древнюю столицу Московского княжества, что было тем более символично в связи с его гибелью в столице Киевской Руси.

Жизнь

На первом памятнике Столыпину, открытом незадолго до Первой мировой войны в Киеве, было написано, что он родился в 1862 году в Москве. Место указано неверно — на самом деле, будущий реформатор родился 14 апреля 1862 года в Дрездене. Неясно, имела ли место ошибка, или же инициаторы установки киевского памятника из патриотических соображений заменили саксонский город на древнюю столицу Московского княжества, что было тем более символично в связи с его гибелью в столице Киевской Руси.

Кто убил Петра Столыпина?

История с городами показательна еще в нескольких аспектах. Во-первых, представление о рождении Столыпина в Москве могло быть связано с его принадлежностью к дворянскому роду, известному с XVI столетия и имевшему имение в Подмосковье. Юный Петр провел детство в усадьбе Середниково, которая в советское время была куда больше известна как место, связанное с жизнью Михаила Лермонтова.

Бывший владелец усадьбы, дед Столыпина, был родным братом бабушки знаменитого поэта — таким образом, Лермонтов приходился будущему премьеру троюродным братом. Хотя они и принадлежали совсем к разным поколениям — Лермонтов погиб на дуэли за два десятилетия до рождения Столыпина.

Во-вторых, символично, что в «связке» Москва-Киев нет города, с которым в наибольшей степени связана государственная деятельность Столыпина — Петербурга. В царской России этот город связывался с правящей бюрократией со всеми ее положительными и отрицательными (последние воспринимались куда более эмоционально) особенностями. Столыпин же сделал до своего прихода в правительство преимущественно небюрократическую карьеру.

Получив образование на «нетипичном» для будущего чиновника естественном отделении Петербургского университета (на экзамене великий Дмитрий Менделеев поставил ему высший балл), он вскоре уехал в свое литовское имение Колноберже, которое превратил в образцовое передовое хозяйство с многопольным севооборотом.

Долгое время был уездным, а затем губернским предводителем дворянства, получив на этих должностях опыт как административной деятельности, так и взаимодействия с общественностью. Только в возрасте 40 лет перешел в систему исполнительной власти, став губернатором в Гродно, а затем в Саратове.

В Петербург же он вернулся, став министром. И почти сразу же чуть было не стал жертвой террористов, взорвавших его дачу — сам Столыпин чудом не получил ранений, но от взрыва пострадали сын и дочь премьера (дочь Наталья была тяжело ранена, речь шла даже о возможной ампутации обеих ног, но, к счастью, этого удалось избежать). Петербург не был счастливым городом для Столыпина — он с удовольствием уезжал из него в свое любимое Колноберже.

В-третьих, характерно, что Столыпин родился в Дрездене, куда приехала к родным его мать. Будучи русским дворянином, Столыпин, как и многие другие представители российской элиты, никогда не отделял себя от европейской культуры. Он посещал Германию и Швейцарию, а одним из его близких сотрудников в деле проведения аграрной реформы был экономист Андрей Кофод, выходец из Дании (после революции он работал в посольстве Дании в СССР, и во время коллективизации по настоянию советских властей был отозван на родину). В своих речах в Думе и государственном Совете Столыпин неоднократно ссылался на современный ему западный опыт — австрийский, немецкий, швейцарский.

Смерть

Обстоятельства гибели Столыпина от рук террориста до сих пор вызывают подозрение, что премьер-реформатор стал жертвой реакционного заговора — тем более, что его отношения с наиболее консервативными политическими группами перед смертью сильно осложнились. Убийца Столыпина Дмитрий Богров был агентом тайной полиции — еще один аргумент в пользу версии о заговоре.

Именно полицейские дали Богрову билет для входа в театр, где и было совершено покушение. Несколько лет назад по российскому телевидению был показан сериал «Столыпин. Невыученные уроки», основой которого была «теория заговора», когда в охоте за премьером фактически объединяются непримиримые противники — высшая аристократия и революционеры.

На самом деле, доказательств причастности полиции (и, тем более, аристократии) к убийству Столыпина нет. И дело не только в результатах официального расследования, которое обратило внимание на слабый профессионализм правоохранителей, но не нашло злого умысла со стороны государственных служащих.

Просто организовать столь секретный заговор с участием немалого числа лиц невозможно без того, чтобы кто-то не проговорился — если не до революции, то после нее. Ведь один из главных «подозреваемых», заместитель Столыпина генерал Павел Курлов, позднее допрашивался следователями не только в царское время, но и при Временном правительстве (в качестве заключенного), а, оказавшись в эмиграции, оставил мемуары.

Русские аристократы если и убивали своих противников, то не пользуясь услугами наемников, а лично — на дуэлях. Именно на дуэли погиб старший брат Столыпина, и, по некоторым данным, сам будущий премьер стрелялся с убийцей брата и был ранен в руку (позднее Столыпин женился на невесте своего покойного брата).

Когда на заседании Думы оппозиционный депутат Федор Родичев назвал виселицу «столыпинским галстуком», Столыпин вызвал его на дуэль, которая не состоялась, так как политик принес извинения. В других же, не столь экстремальных случаях предпочтение отдавалось политическим интригам, которые были более эффективны для устранения нежелательных конкурентов, чем кровавые заговоры.

В то же время роковое появление Богрова в театре находит свое объяснение. Будучи агентом полиции, он вызвался опознать опасных террористов, которые якобы планировали покушение на царя, также находившегося в этот день в театре. По своей биографии и образу жизни Богров никак не соответствовал образу отчаянного преступника, готового совершить покушение без всякой надежды на успешное бегство.

Молодой человек со светскими манерами из зажиточной семьи, помощник адвоката с университетским дипломом, он никак не напоминал профессионального убийцу. Полицейские оказались плохими психологами, не разглядев в Богрове «комплекс Герострата», то есть желание прославиться, стать героем для революционеров, опровергнуть представление о себе как о слабом и ничтожном человеке.

Впрочем, рациональные аргументы вряд ли могут убедить сторонников «теории заговора» — как и в случаях с другими громкими преступлениями (например, убийством Джона Кеннеди). Людям хочется искать загадки и сенсации даже там, где их нет — особенно, если они касаются судеб ярких исторических личностей, к числу которых, безусловно, относился и Петр Столыпин.

Источник: rus.ruvr.ru

Добавить комментарий