Главный режиссер Хабаровского театра драмы и комедии Владимир Оренов в текущем сезоне (театральном) представит на суд зрителей сразу семь премьер — шекспировского «Отелло», аристофановскую «Лисистрату»… Но пьеса о футболе «Переигровка», конечно, стоит особняком. Еще и потому, что главреж когда-то был форвардом ташкентского «Пахтакора»…
Главный режиссер Хабаровского театра драмы и комедии Владимир Оренов в текущем сезоне (театральном) представит на суд зрителей сразу семь премьер — шекспировского «Отелло», аристофановскую «Лисистрату»… Но пьеса о футболе «Переигровка», конечно, стоит особняком. Еще и потому, что главреж когда-то был форвардом ташкентского «Пахтакора»…
Именно с подачи главного режиссера написал «Переигровку» известный комментатор, пресс-атташе национальной футбольной сборной Илья Казаков. Потому хабаровский театр и получил право премьерного показа. …Апрельским субботним вечером к главному входу Хабаровской «драмы» не спеша подходят завсегдатаи театральных лож и стадионных секторов. Уютное фойе, в котором в сороковые годы прошлого века частенько выступал джаз-оркестр заключенных «Дальлага» под управлением легендарного «белого Армстронга» Эдди Рознера, заполняется разновозрастной публикой. У окна о чем-то беседуют пресс-атташе хабаровского футбольного клуба «СКА-Энергия» завзятый театрал Владимир Иголинский и ветеран команды голкипер Леонид Скрыльников. Все в приподнятом ожидании. Говоря словами блистательного Евгения Евстигнеева из культового фильма «Берегись автомобиля», зрителей — полный стадион.
В зале гаснет свет, открывается занавес, на сцене, стилизованной под зеленое футбольное поле, начинает лихо закручиваться драматический сюжет первой в театральной истории России пьесы о футболе. Завершив игровую карьеру в Испании, футболист Андрей Макарский возвращается на родину и становится главным тренером команды «Волгодон». После разгромного домашнего поражения со счетом 0:5, да еще случившегося во время празднования Дня города, главный болельщик команды — губернатор области — решительно требует немедленного увольнения Макарского. Ради сохранения тренерского поста Андрей вместе со своим бывшим тренером, а ныне генеральным директором клуба Василием Пальцевым и любимой девушкой Ингой решается на многоходовую авантюрную комбинацию. Ее реализация забрасывает главных героев в Шотландию, а самого Андрея ставит перед нелегким спортивным и жизненным выбором… …Спектакль окончен. Зрители стоя аплодируют артистам и вышедшему на сцену режиссеру-постановщику Григорию Гольдману. На выходе сталкиваюсь с армейским пресс-атташе Владимиром Иголинским. — Как впечатления? — Очень рад, что футбол пришел в театр. Чувствуется, что автор прекрасно владеет темой. Хорошо знает околофутбольную кухню. Мне лично часто приходилось сталкиваться с прототипами главных героев. Интересен образ губернатора в исполнении прекрасного артиста Владимира Паршева. Правда, тренеров, жертвующих ради футбола многим, и в первую очередь своим семейным счастьем, я встречал крайне мало. Подхожу к исполнителю главной роли Александру Курносову. — Что думаете о тренере Макарском, вашем неоднозначном герое? — Инициативный молодой человек, рвущийся к победе. А вообще-то пьеса не столько о футболе, сколько о перипетиях любви и спорта. И мой герой по отношению к дамам явно не кавалер. Что касается спортивной стороны, надеюсь, спектакль станет знаковым, — улыбается актер. — И поможет нашей «СКА-Энергии», стремящейся в премьер-лигу.
Владимир Оренов только что завершил обмен SMS-сообщениями с Ильей Казаковым — уже получил от него поздравления с успешной премьерой. — До окончания театрального сезона в мае, — делится планами Владимир Борисович, — мы сыграем всего два-три спектакля. Что-то наверняка доработаем. Спектаклю, как хорошему вину, нужно немного отлежаться. А вот осенью, в начале нового сезона, обязательно Илью позовем на спектакль. Кстати, тогда же я хочу пригласить всю хабаровскую футбольную команду «СКА-Энергия» во главе с тренером Георгием Дараселией, чтобы затем всем вместе обсудить спектакль.
режиссер-постановщик: — Пьеса написана специально для Хабаровского театра и анонсируется как мировая премьера. Эту пьесу никто никогда еще не ставил и не видел. И мне все это показалось очень интересным. Тем более что я и сам футбол люблю. Пьеса показалась мне разножанровой, я увидел возможность совместить многое в одном спектакле — от драмы до водевиля. Все это я назвал «неспортивная комедия в двух таймах». Есть определенное преимущество и в том, что «Переигровка» написана непрофессиональным драматургом: есть место для режиссерской импровизации. — Футбол любите как болельщик или… — Конечно, разве что в детстве играл на первенство клуба «Кожаный мяч». А профессионально занимался шахматами. У меня первый разряд. Футбол же продолжаю любить, я ведь родился и вырос в Ташкенте, и в соседнем доме жила почти вся знаменитая команда «Пахтакор». Михаил Ан, Владимир Федоров по вечерам частенько выходили во двор, и мы с ними гоняли мяч. — Что думаете о современных зрителях? Футбольных, а не театральных! — Во времена моей молодости проигравшей команде никогда не устраивали обструкцию, если игра была красивой. Не требовалось выдать результат любой ценой. Теперь же меркантилизм затронул и спорт, и искусство, и образование. И в этом плане пьеса «Переигровка» не о спорте. Обо всей нашей жизни.
Илья КАЗАКОВ, журналист Позвонили из «Советского спорта» и предлагают: «Напиши, что ты чувствуешь после премьеры». Мне через полтора часа выезжать на Шаболовку на матч «Ливерпуля» с «Вест Хэмом», я листаю в Интернете страницы «Guardian» и ESPN — статистика, новости, факты, блоги английских коллег… Что же я чувствую?.. Удивление, что все в итоге получилось. Когда еще в 2009‑м мы сидели на уютной столичной кухне друзей и в разговоре всплывали фамилии их близких знакомых — Захаров, Ким, Лунгин, предложение написать пьесу о футболе прозвучало как анекдот. Скажи это кто другой, я бы не поверил, но Владимир Борисович Оренов за полтора десятка лет нашей дружбы приучил меня рассматривать любую неправдоподобность как часть реальности. И что бы я ни слышал от него, всегда сначала верил. Хотя и сомневался, конечно. Даже не самой истории, а легкости тона, которым она рассказана. Конечно, я тогда обомлел. Театр и футбол — вроде бы не самые совместимые вещи. А представить себя «драматургом» и вовсе верх наглости. Понял: Оренов, безусловно, шутит надо мной. Но потом подумал — человек, который не боялся привозить в Россию от тогда еще запрещенного Солженицына денежную поддержку дальним родственникам писателя, навряд ли испугается поставить футбольную пьесу. Тем более — сказать автору, что это невозможно поставить (если пьеса окажется бездарной). Короче, Владимир Борисович взял меня на слабо. Он попросил обсудить идею пьесы с Юлей Мариновой. Сказал: «Юля — прекрасный редактор, профессионал, сценарист. Поможет». Юлю я знал примерно столько же, как и Оренова. Поэтому сомнений не возникло. Когда я начал рассказывать ей анекдоты о поездке группы отечественных тренеров на стажировку в «Челси» к Моуриньо и специфику работы тренером в России, Юля похохотала и спросила: — А о чем будет пьеса? Каков сюжет? Я услышал ее вопрос и замолчал. Потому что это было невозможно — написать, как живется футболу в провинции, как он выживает, чем дышит. Спектакль идет два с половиной часа. Полторы сотни минут, чтобы рассказать о чем-то действительно важном. Мы попрощались. Я вышел, сел в машину. Вечерние пробки на Третьем кольце — отличная возможность подумать. Через месяц я набрал Юле и сказал: — По-моему, получается. У многих пишущих людей есть странная особенность: когда они перечитывают написанное, с каждым разом больше сомнений и готовности разочароваться. Мне казалось, пьеса длинная, излишне профильная, ну и так далее. Я давал ее читать, хотел разобраться, что и как. Пресс-атташе РФПЛ Сережа Алексеев позвонил и сказал: — Вчера проехал в метро свою станцию. Начал читать и до конца главы не оторвался. Я чуточку успокоился. Потом позвал домой друзей-актеров и прочел им пьесу. Закончил около двух ночи. Шамиль Хаматов и Даша Белоусова плевались в сторону героя и спорили, а Артур Смольянинов… уснул в кресле за пять минут до финала. Я расстроился. Утром, когда Артура удалось растолкать и затащить в душ, выяснилось, что пьеса ему, болельщику, очень понравилась. Просто тогда он служил в армии, и недосып у звезд был хронический. Пьесу должны были поставить в 2010‑м в Воронеже. Но Оренов решил покинуть город и театр, перебрался в Хабаровск и через два года, когда уже все вроде бы улеглось, сообщил: будем ставить. Это было неправдоподобно. Примерно так же, как дать читать в Краснодаре ноябрем 2012‑го пьесу Юрию Красножану, рассказав, что последнее слово в ней — «Кубань». И вместе посмеяться над тем, что не угадал, что «Кубань» теперь — сама стабильность. Я помню его голос, когда он, прочтя, сказал: — Потом заснуть не мог. Все думал — почему у нас, тренеров, такая тяжелая профессия? Я попытался написать пьесу именно об этом. Что чувствую? Удивление, что есть спектакль. Завтра привезут диск с записью. Вот тогда попробую понять, как все вышло.
Если вы хотели бы высказать свое мнение, приглашаем сделать это на сайте Совспорт. Обсуждение началось. Самые интересные комментарии могут быть опубликованы в газете «Советский спорт».
Источник: sovsport.ru