СПб. Российская массовая культура переживает интересный период. В стране действует фонд поддержки патриотического кино, а песни о любви к государству музыканты сочиняют сами.
С учетом высоких технологий и всеобщей грамотности населения результатов можно ждать очень скоро — зато трудно предсказать, какими они будут. На что похожа современная патриотическая культура, «ДП» рассказал известный историк, автор запрещенного пособия «Отечественная история ХХ века» Игорь Долуцкий.
СПб. Российская массовая культура переживает интересный период. В стране действует фонд поддержки патриотического кино, а песни о любви к государству музыканты сочиняют сами.
С учетом высоких технологий и всеобщей грамотности населения результатов можно ждать очень скоро — зато трудно предсказать, какими они будут. На что похожа современная патриотическая культура, «ДП» рассказал известный историк, автор запрещенного пособия «Отечественная история ХХ века» Игорь Долуцкий.
— Массовая культура обычно переживает расцвет в период модернизации. В этот момент происходит осознание страны в мире. Как писал Александр Блок, народилось поколение, которое можно назвать фармацевтами, — те, кто заменил творцов и делает халтуру. Формирование искусственного патриотизма происходит как раз в те дни, когда в России нарождается полицейское, тоталитарное, самодержавное государство. Сейчас в России два этих периода совпали. А первым проводником искусственного патриотизма был царь Николай I. Тогда идею проводили Греч, Кукольник с его оперой «Рука Всевышнего отечество спасла». И куда более талантливая опера «Жизнь за царя» Глинки, она появилась тогда же. Композиторы и писатели получали деньги от третьего отделения. Это было рассчитано на потребителей ниже среднего — кто поляков называл кровожадными, а французов — лягушатниками. Все это — продукты 30-50 гг. XIX в. — то, что вы называете патриотизмом, а на самом деле — национализм, переходящий порой в шовинизм. Когда государство чувствует свою ущербность, оно компенсирует ее такими дикими идеями.
— Значит, таланты государству все-таки служат?
— Никто из нормальных людей, которые по-настоящему обогащают культуру, не ставит себе задачу воспитать патриотизм. Толстой, когда писал «Войну и мир», меньше всего был озабочен этой проблемой, за что на него ополчились все, в том числе и Вяземский, который вроде бы был другом Пушкина и лет тридцать о патриотизме не думал. Так что талантливым это не нужно — работать по заказу государства, да еще так халтурно. Сама по себе патриотическая идея в том виде, в котором она сейчас реализуется, — действительно последнее прибежище негодяя. Импотенты в творческом смысле — они просто «срубили бабки» на том, что пользуется приоритетом у государства. Поскольку речь идет о манипуляции сознанием, об оболванивании — какие тут могут быть таланты? Я имею в виду художественные произведения, а не документалистику. Лени Рифеншталь была талантлива. Или возьмем Михалкова. Вы можете снять что угодно, в том числе сиквел «12 разгневанных мужчин». Но, когда вы с придыханием хотите показать это президенту, — это уже другое. Служить наши мастера культуры не могут, потому что России служить трудно, поэтому прислуживаются перед очередным режимом.
— В песенное творчестве патриотизм тоже проникает…
— Поскольку масскульт создает определенную среду обитания — вот по телевизору нормальных фильмов уже не увидишь, только боевики, — государственный патриотизм обретает такие причудливые формы. Появляется песня «Хочу такого, как Путин». Но русскому масскульту, напоминаю, уже 100 лет, и бессмысленных песенок за это время было написано море. Песня про Путина — такая же незатейливая бессмыслица, как «Я могла бы побежать за поворот». В 1970-е гг. тоже были разные спектры — в одном Хиль и Кристалинская, а в другом — Высоцкий с Кимом. Выбирай тот, что тебе нравится. А вот песня «А в чистом поле система “Град”, за нами Путин и Сталинград» — это уже идеология.
— Значит, можно нажать на какие-то кнопки в душе человека, например на память о Великой Отечественной войне, чтобы возбудить патриотизм?
— Возьмем стихи Есенина. Он пишет про «Русь Советскую», но у него, извините за выражение, другая парадигма, он в другом дискурсе работает. Его не смогло использовать государство. Вот его творчество способно формировать любовь к Родине. Есть сейчас такие поэты? Я не знаю. Сейчас я категорически не приемлю термин «патриотическая культура». Не патриотическая она, а государственная. Любовь к родине заменяется любовью к государству, любовь к государству — любовью к правителю. Вот такая двойная подмена получается.
— Но воспитатели «патриотизма» достигнут своей цели?
— Если цель — полюбить государство, то да, достигнут. Молодые тянутся к революции, Ленину, Сталину, они приветствуют противостояние Западу. Ленинско-Сталинская мифология — борьба с выскочками и зажравшимися олигархами, построение великой державы — все это можно взять на вооружение для придания власти Путина большей легитимности. Не Брежнева же ему брать в качестве примера, не Горбачева… Помните учебник новейшей истории, написанный по заказу Администрации президента? Соцзаказ, направленный на формирование любви к конкретному лидеру государства.
Служить наши мастера культуры не могут, поэтому прислуживаются перед очередным режимом