Musica Nuda: «Иногда два человека и один контрабас могут сказать куда больше, чем группа с кучей инструментов, примочек и электроники»

Musica Nuda: «Иногда два человека и один контрабас могут сказать куда больше, чем группа с кучей инструментов, примочек и электроники»
— Я знаю, что оба вы — музыканты, талант которых проявляется в самых разных жанрах, от джаза до классики и фолка. Кем вы сами себя считаете: исполнителями-интерпретаторами музыки, импровизаторами, может быть, визуальными артистами или даже авторами? Ферруччио: Я просто «любопытный музыкант», любящий любую музыку: джаз и классику, бразильскую боссанову и поп (если включать туда Стинга или The Beatles). Мне также нравится писать песни, но штука это непростая, поскольку я ненавижу писать «в стол». С текстами обычно помогают друзья, иногда мы пишем что-нибудь вместе с Петрой.
— Я знаю, что оба вы — музыканты, талант которых проявляется в самых разных жанрах, от джаза до классики и фолка. Кем вы сами себя считаете: исполнителями-интерпретаторами музыки, импровизаторами, может быть, визуальными артистами или даже авторами? Ферруччио: Я просто «любопытный музыкант», любящий любую музыку: джаз и классику, бразильскую боссанову и поп (если включать туда Стинга или The Beatles). Мне также нравится писать песни, но штука это непростая, поскольку я ненавижу писать «в стол». С текстами обычно помогают друзья, иногда мы пишем что-нибудь вместе с Петрой.
Musica Nuda: «Иногда два человека и один контрабас могут сказать куда больше, чем группа с кучей инструментов, примочек и электроники»

— Я знаю, что оба вы — музыканты, талант которых проявляется в самых разных жа
Петра: Я себя считаю девушкой, которая поет, но не просто певицей: я пытаюсь через пение передать свою уникальную точку зрения как человека. А это означает не только исследование и использование возможностей своего голоса, но и то, что на сцене я точно такая же, как в жизни: сильная, ироничная, иногда излишне театральная, но притягательная. По большей части, я исполняю чужой материал, но также пишу стихи, и иногда эти стихи удачно ложатся на музыку. Периодически и мне в голову приходит какая-то музыкальная идея, но я предпочитаю спеть замечательную песню, написанную кем-то еще, чем средненькую, зато собственную вещь.

— Как бы вы могли описать свой стиль? Петра: Musica Nuda значит «обнаженная музыка», и это очень точно отражает идею проекта: мы снимаем всю «одежду», все инструменты, оставляя лишь голос, то есть мелодию и слова, и контрабас, отвечающий за ритм и в то же время задающий гармонию. Конечно, с обнаженностью приходится обращаться осторожно, поэтому наша музыка требует внимания и тишины. Но она в простоте и чистоте своей может быть очень сильной, потому что ничего не скрывает и не лжет.

— Кто ваша публика? Петра: Наша аудитория очень разнообразна: студенты, люди среднего возраста, даже старики и дети. Часто на наши концерты ходят целыми семьями, и это прекрасно, потому что наша музыка — не для экспертов, а для всех, кто хочет слушать.

— Поскольку основная часть вашего творчества — чужой материал, мне хотелось бы спросить, как вы себе представляете концепцию хорошей кавер-версии: должна ли она идеально повторять оригинал или артист может вносить в нее свое понимание и свободно импровизировать? Петра: Мы считаем, что с момента, как песня «пошла в народ», она больше не принадлежит ни авторам, ни первым ее исполнителям: так ребенок, только родившись, принадлежит только себе и миру, он не является собственностью родителей. Разумеется, исполнение, даже совершенно отличаясь от оригинала, должно быть уважительным, но ведь по-другому и быть не может: ты поешь то, что любишь, а любви без уважения не бывает.

— Есть ли разница между кавер-версиями роковых, джазовых и классических композиций? Петра: Поскольку мы используем только голос и контрабас, разница между классическими произведениями, поп-, рок— или джазовыми композициями невелика, но, конечно, исполняя классику, приходится помнить о нотах.

— Кто ваши любимые авторы (возможно, не только в музыке), кто вас вдохновляет? Петра: Спасибо за «не только в музыке»! Я очень люблю живопись, для меня музыка — пойманное мгновение, как картина или фотография. Мне нравятся Эгон Шиле, Мунк, Модильяни, многое у Пикассо. Роден. Я была счастлива, когда два года назад у нас появилась возможность выступить в Эрмитаже, и теперь, когда мы снова будем там играть, я счастлива не меньше, потому что Эрмитаж — один из величайших музеев мира. Я очень любознательный человек, люблю путешествовать, посещать какие-то новые места, встречаться с людьми, пробовать местную еду, и я верю, что все это отражается в моей музыке по мере того, как я расту над собой.

Что касается музыки, я очень люблю Монтеверди и Каччини, Тома Вэйтса и Марию Жоао, Бьорк, Стинга, Пуччини, Барбру Стрейзанд, The Beatles, Каэтану Велозу, Джона Кейджа, Монику Зеттерлунд, Генделя, Монка и многих-многих других. Из итальянских артистов предпочитаю Бобо Рондинелли, Антонеллу Руджеро, Луиджи Тенко, Фабрицио де Андре — всех не перечислить.

Ферруччио: Я тоже люблю Фабрицио де Андре, Луиджи Тенко, Каэтану Велозу и The Beatles. Добавлю сюда Брамса, Шико Буарке, Ивана Линса и Лучо Батисти. В кино — Франсуа Трюффо, Массимо Троизи, Стенли Кубрик, в искусстве — Огюст Роден и Пикассо. Все они повлияли на мою музыку, хотя и разными путями. Вообще, я предпочитаю слушать и смотреть разных авторов — люблю разнообразие.

http://youtu.be/gbIu07evsjs

— Как вы понимаете слово «успех»: толпы фанатов, огромные стадионы — или что-то еще? И нужно ли вам чувствовать себя успешными? Петра: Мы вне основных течений музыкального мира, но мы верим, что наш проект — не только для высоколобых эстетов. Наша аудитория, особенно в Италии, растет год от года, от концерта к концерту, хотя ни журналисты, ни лейбл нас никогда специально не рекламировали. Значит, мы можем пользоваться определенной популярностью. Для меня нет принципиального различия между стадионами и камерными залами: каждый новый концерт не похож на предыдущий, у каждого места своя энергетика. Успех — это привилегия делать то, что любишь, не оглядываясь на лейблы, продюсеров, экспертов по маркетингу или менеджеров, требующих делать это и не делать то, и при этом зарабатывать достаточно, чтобы не заниматься ничем другим. Успех — это не узнавание на улицах, а полные залы, успех — это когда ты полностью полное вовлечен в любимое дело и можешь донести до людей всю свою страсть. А добиться этого можно только слив воедино талант, качество исполнения, страсть, решительность, оригинальные идеи и, конечно, чуточку удачи.

— Участвуете ли вы в социально-политических акциях? И какими сейчас могут быть цели таких акций? Петра: Мы музыканты, а не политики, и не хотели бы, чтобы кто-то использовал тот факт, что у нас есть микрофон, сцена и аудитория, для провозглашения своих политических лозунгов. С другой стороны, мы осознаем роль, которую в современном обществе играют музыканты (если говорить о музыкантах, а не о развлекательном продукте, если ты понимаешь, что я имею в виду), и стараемся соответствовать. Я верю, что мы уже одним своим примером показываем, что можно быть не похожим на других, что у людей есть возможность создавать не самую обычную музыку и объехать с гастролями весь мир, не участвуя в «Фабриках звезд».

Иногда два человека и один контрабас могут сказать куда больше, чем группа с кучей инструментов, примочек и электроники. Чтобы понять суть, необходимо осознать силу тишины. На наших концертах нет фонограмм, спецэффектов, нет сопровождающего состава: только 2 человека, хорошие песни и те, кто хочет их слушать. Поверьте, сегодня это важнее сотен лозунгов.

— Где вам уютнее — в домашней обстановке или на улице большого города, в Италии или где-то еще? Ферруччио: Разумеется, в Италии! Я могу прожить несколько месяцев, даже год вдали от нее, но постоянно хочу вернуться. Мне нравятся маленькие городки вроде того, где я живу, это под Сиеной. Думаю, это потому, что я родился в Казерте, таком же маленьком городке на юге Италии. И вообще, с нашей работой и постоянными разъездами, когда я возвращаюсь домой, я больше всего хочу прожить остаток жизни вдали от городского сумбура и оживленного движения.

Петра: Мне тоже нравится моя страна, но, как я уже сказала, я очень любознательная, поэтому любила путешествовать задолго до того, как впервые поехала на гастроли. Я жила в Нью-Йорке и, думаю, могла бы жить где угодно, потому что легко справляюсь с любыми трудностями. Дом там, где сердце, и если мои дети со мной, я могу жить где угодно. Мне нравится деревня, где можно завести животных (собственно, сейчас я так и живу — вокруг кошки, собаки, птицы, лошади), но и в больших городах есть своя прелесть. В последние лет пять меня все больше тянет в Европу, а в Европе всего один большой город, где мне хотелось бы жить, — Париж. Там потрясающая культурная жизнь!

— Влияет ли жизнь гастролирующего музыканта на частную жизнь? Что вы приобретаете по сравнению с жизнью «обычного» человека и что теряете? Петра: Мы оба очень боимся проблем, возникающих, когда ты долгое время оторван от реальности, а это случается сплошь и рядом, когда ты слишком долго на гастролях и забываешь о нормальном быте. Поэтому мы стараемся уделять личной жизни побольше времени. У нас обоих есть дети, и мы хотим почаще быть с ними. Делать карьеру, пусть даже в любимой области, прекрасно, но жизнь — совсем другое дело. Быть родителями, жить нормальной жизнь, ходить в супермаркет за покупками — все это помогает нам не утратить связь с реальностью, с людьми. Мне кажется, нам удается находить баланс еще и потому, что мы не суперзвезды, а «просто» музыканты.

— Сейчас много говорят о новых тенденциях: сетевых лейблах, цифровом скачивании, свободных лицензиях… Как вы относитесь к подобным технологиям и новым моральным понятиям? Так ли велика эта проблема, как говорят лейблы? Петра: Конечно, никому не нравятся вспышки из зала, и мы совсем не радуемся, когда находим в сети целый нелегально отснятый концерт. Но Интернет (YouTube, блоги, социальные сети) был и остается весьма важным фактором. Например, Артем, который приглашал нас в Россию и два года назад, и сейчас, нашел нас по роликам на YouTube! Людям нравится приносить домой с концертов что-то памятное, так пусть снимают. В будущем, как мне кажется, домашнее видео на YouTube станет живым свидетельством того, что и как мы делали: вживую, без студийных изысков, без «фотошопа». Правды нечего бояться.

Что касается записей, то диски сейчас продаются все меньше и меньше. Но эта проблема касается, в основном, одноразовой музыки: хорошую, качественную музыку купят и сейчас, и через пять лет, пусть и понемногу. Настоящие музыканты живут на сборы от концертов, а не от продажи записей! Конечно, это проблема, но мы в состоянии с ней сладить. Если люди теряют уважение к покупке дисков, это происходит только из-за того, что сама музыкальная индустрия не уважает людей. Они продают альбомы с парой хороших песен и кучей дерьма. Все это — результат дурацкой политики лейблов, и проблема в том, что музыка должна снова стать значительным явлением в жизни людей, а не в том, что индустрия вдруг начала терять деньги.

Петра Магони и Ферруччио Спинетти, итальянский джазовый дуэт Musica Nuda, выступят в Эрмитаже (Санкт-Петербург) 12 июля и в Театральном центре «На Страстном» (Москва) 13 июля.

Источник: chaskor.ru

Добавить комментарий