Израильская труппа современного танца «Кибуц» (Kibbutz Contemporary Dance Company, KCDC) представила в четверг вечером на сцене московского Театра имени Ермоловой новую постановку IfAtAll («Если это вообще имеет место»).
Спектакль уже успел сорвать овации в Петербурге (артисты выходили на поклон пять раз) — там действо от хореографа Рами Беера показали 2 июля в рамках XV международного фестиваля современного танца Open Look на сцене Александринки.
Везде ли уместен танец
Израильская труппа современного танца «Кибуц» (Kibbutz Contemporary Dance Company, KCDC) представила в четверг вечером на сцене московского Театра имени Ермоловой новую постановку IfAtAll («Если это вообще имеет место»).
Спектакль уже успел сорвать овации в Петербурге (артисты выходили на поклон пять раз) — там действо от хореографа Рами Беера показали 2 июля в рамках XV международного фестиваля современного танца Open Look на сцене Александринки.
Везде ли уместен танец
С «конферансом» к спектаклю выступила чрезвычайный и полномочный посол Израиля в России Дорит Голендер — она напомнила историю создания труппы в кибуце Гаатон. Основательнице студии современного танца Иегудит Арнон выпало пережить ужасы нацистских концлагерей. Голендер рассказала, как женщина двое суток пряталась под снегом — чтобы не окоченеть насмерть, она тихонько шевелила пальцами рук и ног, и эти движения стали ее своеобразным «танцем жизни».
В Гаатон, сельскохозяйственную коммуну Израиля, Арнон приехала в 1948 году, а в 1970 году там был официально основан театр «Кибуц».
Сегодня KCDC по-прежнему базируется в Гаатоне, хоть и гастролирует со своими постановками по всему миру. Художественным руководителем труппы стал ученик Иегудит Арнон — Рами Беер.
Кстати о гастролях — в Москве студия выступила уже в пятый раз, их первый визит состоялся десять лет назад, в 2003 году. Нынешний визит приурочен к празднованию 65-летия Независимости Израиля.
Все ли уместно в танце
Жанр современного танца базируется на смешении классической балетной хореографии, гимнастики, восточных единоборств и, конечно, актерского мастерства. Существуют две точки зрения на смысловую составляющую перформансов contemporary — кто-то говорит о сложности для восприятия, кто-то называет жанр, напротив, самым простым для понимания. Аргумент вторых — тот или иной смысл, вложенный в танец, открывается каждому по-своему и настолько индивидуален, что «неправильных ответов» быть не может.
Кажется, сам режиссер придерживается именно такой точки зрения. На импровизированной пресс-конференции перед спектаклем Рами рассказал, что, разумеется, постановка следует его замыслу, но открывать его он не считает нужным: задача зрителя не в том, чтобы разгадать авторский посыл, а в том, чтобы постараться самому поставить себе вопросы и ответить на них.
Воспринимать неклассическую хореографию, где плавные движения сменяются конвульсиями, а сюжетная линия отсутствует как таковая, помогает звуковой ряд.
Заявленные в анонсах Nine Inch Nails и Massive Attack, звуки помех на ТВ, выстрелы, шум митингующей толпы сопровождали «массовые выходы» артистов и создавали атмосферу тревоги, насилия, траура, в то время как классическая музыка, биение сердца, человеческое дыхание задавали тон танцевальным соло или парным номерам и показывали уникальность, неповторимость и хрупкость каждого человека. А затем снова — индустриальные звуки, скрежет железа.
Что же до визуальной составляющей постановки, стоит признать: «неправильные» движения, непривычно выгнутые суставы, резкие, дерганые «па» вовсе не кажутся неэстетичными. Они абсолютно органичны в контексте света, звука и выбранных костюмов.
Пробуждение по Стравинскому
В постановке IfAtAll критики усмотрели аллюзию на «Весну священную» Стравинского и Нижинского. Впрочем, говорить о заимствовании в этом случае — все равно, что называть любую достойную прозу заведомым плагиатом Пушкина.
«Стравинский в нашем ДНК, поэтому некоторые моменты спектакля, которые могут отсылать к хореографии Нижинского или напоминать сюжет этого столетнего балета, получаются неосознанно. Это на уровне подсознания», — признает Беер.
И все же нечто общее в работах есть — как «Великая священная пляска» в балете мэтра была призвана пробудить весну, пусть даже ценой жизни Избранницы, так и contemporary-перформанс «Кибуца» заставил столичных театралов очнуться от привычного восприятия танца, театра и самих себя.
Источник: ria.ru