Материал подготовлен сайтом РИА Новости >>
Главный режиссер и художественный руководитель самого известного в мире балета фламенко Кармен Мота в преддверии российских гастролей рассказала в интервью РИА Новости о полярной сущности знаменитого испанского танца, его традициях, своей любви к экспериментам, а также о работе и о том, чего ждать московским зрителям от ее шоу Fuego, которое пройдет в Кремлевском дворце 14 декабря. Беседовала Ирина Гордон.
— Как вы пришли во фламенко?
Материал подготовлен сайтом РИА Новости >>
Главный режиссер и художественный руководитель самого известного в мире балета фламенко Кармен Мота в преддверии российских гастролей рассказала в интервью РИА Новости о полярной сущности знаменитого испанского танца, его традициях, своей любви к экспериментам, а также о работе и о том, чего ждать московским зрителям от ее шоу Fuego, которое пройдет в Кремлевском дворце 14 декабря. Беседовала Ирина Гордон.
— Как вы пришли во фламенко?
— Я начала танцевать, потому что мне с детства нравился танец, а именно фламенко я увлеклась, потому что этот танец был одним из самых доступных в середине прошлого века. Но в те времена вообще быть артистом было сложно — эта профессия имела коннотации другого толка. Считалось, что человек артистической профессии ради славы и карьеры был готов на поступки определенного рода. Вы догадываетесь, что мы сейчас говорим о проституции? Вот поэтому мои родители были против того, чтобы я занималась танцами, и мне пришлось бороться за мою мечту. Я хотела танцевать.
— За 60 лет в профессии вы прошли путь от классического фламенко до нового стиля, сочетающего в себе разные жанры и техники. Стараетесь ли вы при этом сохранить традиции фламенко?
— Я уважаю традиции, и в моем спектакле есть новаторская первая часть, но вся вторая часть посвящена именно им, чтобы ценители фламенко поняли, что мы действительно знаем, о чем говорим. Мы специально воссоздали традиционное испанское таблао — площадку, на которой фламенко танцуют на родине, чтобы зрители могли погрузиться в атмосферу настоящей Испании. Что же касается первой части, то мне хотелось попробовать что-то новое. Отталкиваясь от базовых элементов фламенко, я все-таки создала микс всего сразу — и современного, неоклассического балета, и музыки — от классики до популярных мелодий. Кроме того, я добавила освещение, яркие костюмы. Все это происходит из желания поэкспериментировать с любимым и знакомым мне танцем, сделав его более понятным и доступным по всему миру. Это мое личное видение.
— Насколько сложно было совместить фламенко с другими танцами?
— Думаю, что такое совмещение не уничтожает сущность фламенко, а, наоборот, привносит много нового и обогащает этот танец. Для меня это оказалось несложно, поскольку я всегда отличалась неспокойным характером, подталкивающим меня к познанию всего нового. Допустим, если я еду в Венесуэлу, то обязательно прохожу там курс их традиционного танца. Еду в Аргентину — изучаю танго. Я успела позаниматься и танцами живота, и бальными танцами. Все, что связанно с танцем, мне интересно. Таким образом, во мне, как в сосуде, накопилось очень многое, и это находит отражение в моих творениях. Кроме того, в постановке хореографии мне помогает мой сын Хоакин Марсело — он не слышит, поэтому визуализирует музыку так, что каждое движение становится музыкой. А уж вопрос о том, из какого танца эти движения, уходит на второй план.
— Вы сказали «сущность фламенко» — что это для вас?
— Для меня фламенко — это в первую очередь самовыражение человека через танец, игру на гитаре или через пение. Но это не только личное самовыражение, а самовыражение характера народа Андалусии. Исторически сложилось, что это был самый маргинальный и угнетенный район Испании, поэтому внутри каждого андалусца находится затаенная боль, которую он выражает посредством фламенко. Тем не менее нельзя забывать и о том, что Андалусия — это самый теплый и солнечный регион Испании, где главное — это наслаждение от «здесь и сейчас». Поэтому фламенко также выражает радость бытия андалусца. Видите, какой сложный, интригующий танец — в нем схлестываются противоположности, и именно этим он так привлекателен.
— По себе знаю, что фламенко обладает удивительной способностью менять течение времени — часовое шоу пролетает за 20 минут…
— О да, это не только ваше впечатление. Секрет прост: если тебе что-то нравится, то этого всегда мало. Для меня до сих пор так — только сел, раз — и уже все закончилось. Что, уже все?! Да, это нормально для фламенко.
— То есть почти двухчасовое шоу, которое вы привезете в Кремль в декабре, для московских зрителей пролетит минут за 40?
— Надеюсь! Ну, если серьезно, то обе части длятся примерно по 50 минут. За это время мы покажем вам яркое и страстное шоу, в котором участвует 18 танцоров — поровну девушек и юношей. Что касается музыкантов, то с нами приедут певец и певица, которых называют канторами, два гитариста и кахон, то есть перкуссионист — всего пять, поскольку площадка небольшая. Если площадка позволяет, то у меня больше танцоров и музыкантов задействовано, как, например, в постоянном шоу в театре на Тенерифе. Но шоу Fuego и было задумано как спектакль, который может путешествовать по миру.
— То есть у вас несколько трупп — пока одна ездит, другая постоянно выступает в театре на Тенерифе?
— Их три — для гастролей, для различных локальных мероприятий и самая большая — та, что на Тенерифе. Там мы даем спектакли шесть дней в неделю, так что артисты постоянно должны находиться на месте. На этой стационарной площадке мы можем размахнуться — это и серьезная сценография, и большее количество артистов. Мы можем позволить себе работать даже с масштабными мюзиклами — ставили и «Ромео и Джульетту», и «Кармен», и «Дона Жуана», и даже оперу «Любовный напиток». Конечно, все во фламенко-версиях. Каждый год новые постановки. Жаль, что к вам привезти подобное шоу очень сложно и, что уж скрывать, дороговато.
— А для гастролей вы создали только шоу Fuego?
— Нет, сейчас у нас есть еще одна постановка — Alma, что означает «душа». Это совершенно другое шоу, непохожее на Fuego. Я бы хотела привезти его к вам в следующем году. А в этом году мы снова привозим Fuego, потому что это запрос Москвы — за десять лет существования этого шоу мы показывали его здесь три раза по несколько вечеров подряд, и каждый раз российские зрители воспринимали его «на ура».
— Чем отличаются Fuego и Alma?
— В Fuego и Alma — по две части, никак не связанные по сюжету. И в обоих спектаклях, конечно, соблюдены традиции, но Fuego — это «огонь», в котором страсть и экспрессия брызжет на зрителей фонтаном, а Alma — это «душа», в которой больше внутренней красоты. Alma — более новаторский спектакль, в нем современных моментов значительно больше — есть вставки а-ля мюзиклы с Бродвея, много нетрадиционных для фламенко костюмов. А во второй части — не классическое фламенко в испанском таблао, как в Fuego, а смесь с латиноамериканскими мотивами, где декорациями служит порт — с кораблями, моряками, женщинами в костюмах времен испанских колоний в Латинской Америке. Очень хочу, чтобы в России все это тоже увидели.
— Вы тепло отзываетесь о России. А не думали ли вы включить в одну из своих будущих постановок элементы из русских танцев?
— У нас такого еще нет, но было бы интересно включить какие-то русские национальные мотивы. Еще до того, как я начала заниматься танцами, один испанский исполнитель адаптировал на манер фламенко движения русских артистов, которые приезжали в Испанию с гастролями. Это не единичный случай, так что и я не исключаю возможности что-то позаимствовать у вас.
Источник: inmsk.ru