То, что в Израиле проживает множество людей, говорящих по-русски — не то что ни для кого не секрет, а давно уже стало предметом серьезных монографий и забавных анекдотов. «А там на четверть бывший наш народ» — строка Высоцкого с течением времени вовсе не утратила актуальность, а, наоборот, приобрела новое измерение. Ведь теперь, в эпоху Интернета и социальных сетей, мы все (и «Голос России» — не исключение) можем общаться с теми, кто уехал из России (а в случае героя нашего очередного материала — из СССР), что называется, не вставая со стула.
То, что в Израиле проживает множество людей, говорящих по-русски — не то что ни для кого не секрет, а давно уже стало предметом серьезных монографий и забавных анекдотов. «А там на четверть бывший наш народ» — строка Высоцкого с течением времени вовсе не утратила актуальность, а, наоборот, приобрела новое измерение. Ведь теперь, в эпоху Интернета и социальных сетей, мы все (и «Голос России» — не исключение) можем общаться с теми, кто уехал из России (а в случае героя нашего очередного материала — из СССР), что называется, не вставая со стула.
То, что в Израиле проживает множество людей, гов
Проект «Окно в Россию» посвящен жизням обычных, живущих за рубежом людей, говорящих по-русски. А история, которую мы хотим предложить вам в этот раз, рассказана человеком, уехавшим в Израиль и стиль изложения которого, даже в письменном виде, сохраняет черты… Впрочем, обо всем по порядку. Встречайте…
Profile: Robert Rozbash, в Израиле с 1990-года.
— Роберт, как давно Вы живете в Лоде?
— Непосредственно в Лоде с 1999 года уже прошлого столе… тысячелетия, ну надо же! А в Израиле с 1990-го, так что — я реликт СССР, поскольку другой страны не знал, кроме Советского Союза.
— Что послужило причиной вашего отъезда?
— Основной аргумент был: «Надо ехать!». Вспомните конец 80-х! Уже явное амбре распада витало в атмосфере страны. Перспектив — никаких. Встал в очередь на телефон, сказали к 2012 будет. Можно сказать, бежали мы, как крысы с тонущего, а скорее, с изгнившего и разваливающегося корабля.
— Вы приехали с семьёй в фактически чужую страну, как вас встретил Израиль? Расскажите о первых шагах: жильё, работа, с чего Вы начали обустройство на новом месте?
— Ну — это настоящий приключенческий фильм можно снять! И начался бы он не с приезда, а с отъезда. Это тоже было захватывающе. Прежде всего, это — многомесячная (около года) очередь в ОВИР, подача документов, «утрясание» всех дел. «Бегунок»: сдать квартиру в жилищный фонд (тогда еще их не приватизировали), справки со всех библиотек и прокатов города, что не задолжал, отступные родному государству — с каждого члена семьи, включая восьмимесячного Вовку, за отказ от гражданства мы заплатили по 700 «рэ» (зарплаты тогдашние были по 150-220 рублей).
Потом поездка в Москву. Помню замусоренную, пыльную столицу. На вокзале бригадир грузчиков, вычленив нас опытным взглядом из толпы, подкатил тележку к нашей поклаже и задал тон бодрым: «За тележку — 800 рэ или по 100 за место!». Потом ночевки в «гостинице» — переделанной общаге с удобствами в конце коридора и жилыми комнатами на 10 человек (снова какие-то ненормальные цены) и «Шереметьево» с очередями и туалетным запахом отовсюду. Жуткие буфеты с кооперативными пирожками из «котят». Странные личности, рассказывающие о том, как они отстали от… (погорели, их обокрали..) и просящие денег тысячами (что и получали), ведь обменять можно было только 400 долларов.
Словом, загрузились мы в огромный и шумный «ИЛ», и полетели в Венгрию. Там была пересадка, прямых рейсов в Израиль из Советского Союза не было, потому что не было даже дипломатических отношений между странами.
И вот — Будапешт! Нас, репатриантов, отводят в совершенно отдельный зал, периметр которого деловито окружают мальчики и девочки, говорящие на странном русском и с малюсенькими автоматиками под полами форменных курточек. Опрос, досмотр багажа с теперь уже привычными вопросами и проверками и — «Боинг»!
Это было что-то фантастическое! После скрипящего, свистящего, раскачивающегося и мотающегося с рёвом «ИЛа» это был шедевр: практически лежащий на брюхе, летающий кит! Двухэтажный салон, удобные кресла, удивительно вкусная еда и питьё. Для детей стюардессы (такие красавицы, что я аж о своей жене забыл!) притащили игрушки в пластиковой упаковке (то есть — совершенно новые, неигранные!) И полет, полет над рассветом и Средиземным морем — это запоминается!
Приземление, открытые двери… в Ад! После холода и снега в ноябрьской Москве мы во всём тёплом с размаху попали в 40 градусный «хамсин» (сухой, изнуряюще жаркий ветер, — прим.ред.). Куда девать кальсоны?! Оформление в аэропорту, родственник, приехавший нас забрать к себе на территорию. Так что — вот такой коленкор.
Побыли там недельку, а потом на съемную квартиру в Петах-Тикве. Тут уж местные владельцы недвижимости «косили бабки» без стеснения. Все деньги, полученные от Сохнута (официальная организация, которая занимается вопросами репатриации в Израиль, — прим. ред) моментом перекочевывали в их карманы.
А мы? … Арбайтен! Тогда с работой было очень плохо. 14% безработица. Пошел на стройку каменобивцем, мешателем вручную бетона и заливщиком тачкой и скребком фундаментов. Было «весело»! Но не голодали. Надежд было много, и не было ностальгии и сожаления.
— Самореализация на новом месте — как Вы считаете, для для многих наших соотечественников это стало проблемой?
— Не успешны — единицы.. из практически миллионной алии. Все приехавшие — люди с амбициями, образованием, умением работать и профессией. Кто не выдержал — вернулся в республики СНГ. Кто понаглее — рванул за океаны в США, в Новую Зеландию, Канаду или Австралию. Некоторые (очень мало) перебрались в Германию — ну, это некий «еврейский сентимент».
Большинство очень успешно адаптировались. Работа по профессии или переквалификация. Квартиры у 95%. Рассказы о профессорах, метущих улицы — правдивый, но все же анекдот. Их таких штук 5 было из деканов кафедр марксизма-ленинизма. Скажу так: то, что «русские» девушки — желанные пары для брака — понятно, но тут и наши мужчины имеют очень высокий рейтинг на матримониальном рынке.
— Наш традиционный вопрос, на какую заботу об их здоровье могут рассчитывать прибывшие?
— Медицина — страховая (высчитывают из зарпаты). К примеру, из моих 8500 — 500 шекелей — налог нацстрахования. Это и медицина, и пенсионные, и биржа труда. Уровень — высочайший. К нам приезжают лечиться со всего мира.
Отца после жуткой лобовой аварии собрали по кускам. Поставили искусственный тазобедренный сустав плюс половину таза, плюс берцовая кость, плюс левую руку собрали из мелких обломков. А ему было тогда 72 года! Стоимость операции даже не знаю. Имплантат стоил около 25000 долларов США. Члены больничных касс (а это все израильтяне) не платят ни копейки.
— Вы имеете возможность путешествовать?
До аварии каждый год ездили по заграницам. Практически вся Западная Европа, Чехия и Болгария. Сейчас просто физически трудно. Хочу взять родных в тур по греческим островам. Но мне придётся тогда стать бэйбиситером. Отцу тяжеловато всё-таки передвигаться.
— А как с образованием дела обстоят?
— Образование — тема больная. Оно в принципе неплохое, но МЫ хотим ещё лучше! Тут и детсады, и школы, и колледжи, и армия, и университеты включены.
— Живя за тысячи километров от Белоруссии, поддерживаете ли связь с Родиной, с друзьями?
— Переписываюсь с одноклассниками и однокурсниками. Часто зовут в гости, но нет ни малейшего желания поехать. Знаю, что только природа осталась прежней, а всё остальное поменялось в Белоруссии и, на мой вкус, не в лучшую сторону. Мне очень комфортно в Израиле. После недели в «Европах» всегда за день до отлёта прямо в нетерпении каком-то: «Ну когда уже домой?! Домом я внутренне ощущаю Израиль.
— Много ли русскоязычных в Израиле, вы общаетесь с ними? Есть ли какие объединения соотечественников?
— Наверняка, есть русскоязычные объединения, но я в них не состою. Родители мои — пожилые люди ещё, они тусуются с русскими пенсионерами. Друзей из сабров (коренных израильтян, — прим.ред.) много. А у меня — так через одного. Хотя подруги почему-то всё таки русские!
— Еще один традиционный вопрос — синдром «Понаехали тут!» актуален для Израиля?
— Синдром есть, но с точностью до наоборот! «Приехало бы побольше, мы бы тогда-ааа!» Первое время нас, «безъязыких» опекало несколько семей коренных израильтян и русских старожилов. Постоянно помогали и вводили в курс дела. Сейчас я точно так же отношусь к новоприбывшим: помощь и поддержка! Хотя есть и конфликты, особенно в молодежной среде, но это, я полагаю, гормоны мозг отключают.
— Как адаптировались Вы и Ваши дети в Израиле? Что вы делаете для того, чтобы они не утратили русский язык? С детьми вы говорите по-русски?
— Проблема и печаль: дети не особо сильны в русском. Моя вина! Приехав в Израиль, последовал глупому совету «в семье говорить только на иврите». Вот и пожинаю. Теперь всем новоприбывшим настоятельно советую сохранять в семье родной язык. И читать, и ТВ смотреть, и мультики, и песни петь. Мой родной брат так и поступает. Племяшка болтает на русском, иврите и эстонском, на языке его матери.
— По менталитету вы сейчас больше израильтянин и ещё наш, отечественный? Чувствуются перемены в сознании, в менталитете?
— Как то мне о себе изнутри трудно судить. Одно знаю твёрдо: «совком» никогда не был — медицинский факт. Скорее европейское мироощущение. Эдакое — крестоносное!
— О чём вы считаете важным предостеречь людей, которые грезят заграницей и мало задумываются о спонтанности принятого решения покинуть родные места в поисках лучшей доли?
Р. Р. : Я люблю спонтанность, но главное при таких переменах — не мечтать. Быть реалистом. Четко оценивать свои способности и возможности места переброски. Как я говорю: «Не разочаровываются только те, кто не очаровывается!» Поменьше бредовых надежд, поменьше восторгов и никакой ненависти к покидаемой Родине. Она же — это мы сами!
— Несмотря на Ваш восторг по отношению к Израилю, есть что-то такое, что Вы так и не смогли принять в Земле Обетованной?
— Даже не знаю что и ответить… Коробят шумные праздники с застольями на газоне под домом наших соплеменников из Северной Африки. Безалаберное вождение эмансипированных дам. Замкнутость коловращения с бесконечной перетасовкой известной колоды в политике. И еще, ну не могу я ходить в трусах и сандалиях на босу ногу! Кстати, за последние 10 лет количество таких типов резко сократилось.
— Каков общий настрой в израильских СМИ по отношению к России, насколько много ей уделяется внимания в них? Есть ли русскоязычные СМИ в стране?
— Есть целый 9-й русскоязычный канал на ТВ. Всё спутниковое вещание более 300 каналов с субтитрами и закадровым русским переводом. Много местных радиостанций на русском языке, но я их не жалую — попса. Да и 9-й канал не смотрю — это для моих родителей. Мне же за новостями легче в сеть сходить. А так я все приложения «National Geographic» люблю… Как говорит папа: «Роберт опять про крокодилов смотрит!».
В израильских СМИ к России испытывают, я бы сказал, робкую надежду. Очень восхищены культурным величием России, хотя и «щиплют» за демократию. Но так — ненавязчиво, без либералистических истерик. Даже за Грузию не «клевали», несмотря на огромную грузинскую диаспору в Израиле. Очень взвешенно тогда комментировали.
Материал подготовили Василий Амирджанов и Аркадий Бейненсон.
Источник: rus.ruvr.ru