Фотография: vk.com/arrival
Так Arrival выглядели в 80-е, но и сейчас участники ансамбля не то чтобы сильно изменились
Фотография: vk.com/arrival
Так Arrival выглядели в 80-е, но и сейчас участники ансамбля не то чтобы сильно изменились
что это было Arrival, одна из главных электронных русских групп 90-х, пионеры танцевальной музыки, одни из тех, кто донес до российского уха техно, эйсид-хаус и рейв. Arrival удавалось балансировать между условным электронным андеграундом и радио— и телеэфирами: для модной тусовки они играли концерты, для ротаций сочиняли поп-песни вроде Пространства и времени или Простых слов. Дмитрий Постовалов, половина дуэта, в конце 90-х проявил себя еще и как востребованный сонграйтер: он написал несколько песен для Лики (в том числе Одинокую луну) и сделал групу Демо и песню Солнышко.
Когда-то элита русской электроники выглядела и звучала примерно так
где они теперь В середине 2000-х Arrival распались на два проекта: вокалист Олег Радский стал делать музыку под именем Night Trip, Дмитрий Постовалов выступать и записываться Arrival Project. Сейчас Arrival снова вместе, спорадически играют концерты (причем совершенно разного формата от Дискотеки 90-х до сольников в China Town) и вроде бы даже готовят новый альбом.
Дмитрий Постовалов
Arrival
Мы с Олегом Радским учились вместе в училище на улице Краснодеревщиков, там познакомились, так и появилась группа. Когда мы только начинали, это была чистая самодеятельность. Мы играли песни Машины времени, то, что на тот момент было прогрессивным. А потом поняли, что музыка не наша, лучше авторов мы ее не сыграем и начали писать свои песни. Сначала у нас были неоромантические душевные песни про любовь, с гитарами, потом стало появляться что-то ближе к нью-вейву. На нас, конечно, очень сильно повлияла политическая ситуация в стране, перестройка. Мы первые десять-пятнадцать лет существовали под эгидой ветра перемен. В воздухе витало такое настроение, оно передавалось нам и нашей музыке.
Я вообще сам из музыкальной семьи, мать с отцом познакомились в институте культуры, она заканчивала музыкальное училище, когда она была беременна, как раз сдавала экзамены по дирижированию и хоровому пению. Так что я, еще не родившись, впитывал музыкальные вибрации и флюиды. Отец вообще мультиинструменталист, владеет семи разными музыкальными инструментами. Видимо, у меня была заложена какая-то музыкальность. В школе я ходил в походы, там все пели песни под гитару. В том числе песни Окуджавы. А у меня были записи Окуджавы, и я понимал, что почему-то все песни Окуджавы у них на трех аккордах идут, а у него намного все сложнее и музыкальнее. Я ради этого научился играть на гитаре, разучил аккорды, подбирал эти аккорды и потом этих же людей учил, как правильно играть песни Окуджавы под гитару.
В конце 80-х я пошел служить в армию. Там я тоже занимался музыкой, был директором музыкальной комнаты, пытался делать какие-то электронные штуки, записывал их на кассетный магнитофон. У меня были советские синтезаторы Поливокс и другие. Когда я вернулся, в группе остались мы с Олегом (до того у нас еще были барабанщик и бас-гитарист), и мы уже четко понимали, чего хотим. Мы стали делать то, что тогда сами называли техно, а сейчас назвали бы техно-поп или синти-поп. У Олега было много друзей-рокеров, они посоветовали ему нашу первую студию. Мы там записывались по ночам, потому что это было дешевле. Причем наши сессии были ровно после Алены Апиной: она записывала Юбочку из плюша, а мы Простые слова и Мелодекламацию. Звукорежиссером был Ян Миренский, который работал потом с диджеем Грувом.
В каком-то смысле кульминационный момент карьеры Arrival: группа исполняет свой главный хит Пространство и время на Театральной плошади на 850-летии Москвы. Также необходимо ответить, что припев этого сочинения парадоксальным образом напоминает рефрен With or Without You группы U2
Мы никогда не стремились стать мейнстримовой группой. У нас вообще странный путь. Еще когда мы в училище были, мы сами устраивали все мероприятия, дискотеки, какие-то перформансы. И с 1990 года мы начали общаться с электронной тусовкой. А тогда же очень мало было постоянных дискотек. Молоко, Метелица. Было такое место ДК Орион, студия Класс. Это была танцевальная студия, оттуда вышли и Володя Фонарь, и Лика Стар, там очень много групп выступало. Нас пригласили там играть а потом Сергей Обухов, который там был директором, предложил посотрудничать с Ликой, делать ей аранжировки. В то же время мы познакомились с Олегом Красавцевым, у него была закрытая частная студия в академии Жуковского. Там записывалось всего три группы, одной из них были мы. У нас была возможность развиваться. К чему я все это говорю: мы всегда были рядом с танцевальной тусовкой. И, в принципе, мы, можно сказать, что мы были пионерами и родоначальниками танцвеальной электронной музыки у нас в стране.
Тогда стали появляться первые FM-радиостанции. В частности М-Радио. Они были первыми, кто стал крутить немейнстримовые русские группы, в том числе нас. Потом радио Максимум тоже заработало, мы дружили с ними. У нас творчество, можно сказать, параллельно развивалось. У нас были песни, и сразу же мы стали делать на них ремиксы. То есть убирался вокал и получались инструментальные электронные композиции, клубные. Был долгий период, когда мы выступали только с такой музыкой. Да и вообще мы моработали во всех стилях, в каких только можно было, от эйсид-хауса до хэппи хардкора и эмбиента.
На канале Дмитрия Постовалова на YouTube выложено огромное количество архивных видео Arrival, из которых можно было бы собрать неплохой документальный фильм про танцевальную культуру России 90-х
Мы никогда ничего особо не пытались продвигать. Как-то оно продвигалось само. Но в свое время Олег Красавцев, директор студии, про которую я рассказывал, отвез наши песни на лейбл Mute. У нас где-то до сих пор лежит письмо, из которого понятно, что они заинтересовались. Можно было все это продвигать, но обстоятельства не позволили. Вокалист у нас в группе Олег Радский, а он не очень владеет английским: нужно же было не только на нем петь, но и сочинять.
Ничего вообще не знаю про наркотики. (Смеется.) Вы поймите, сейчас время поменялось, а тогда все мы смотрели на мир открытыми глазами и многие вещи происходили по наитию. Нам казалось, что вот-вот что-то светлое произойдет, расширятся границы сознания. Восемьдесят процентов людей, которых я знаю с тех времен, прошли эту школу. И сейчас среди них, наоборот, стало модно вести более здоровый образ жизни: спорт, всевозможные велосипеды, ролики, плавание… Человек себя раз, два простимулировал, но постоянно же невозможно так жить. Я ничего положительного в этом не вижу. Но все это да, было, и на западе это было и продолжается. Хотя я считаю, что все зависит от людей. От настроя. И от музыки тоже. Музыка тоже разная бывает. Проще, когда развеселый хаус под него и так все танцуют, выпили вискарика и в пляс отправились. А когда музыка задумчивая, может быть, ее сложнее понимать в трезвом состоянии.
Проще, когда развеселый хаус под него и так все танцуют, выпили вискарика и в пляс отправились. А когда музыка задумчивая, может быть, ее сложнее понимать в трезвом состоянии
Я себя не считал каким-то электронным альтернативщиком. Я более многосторонен, мне нравится разная музыка. Есть композиторы, которые пишут хиты, для них это работа. Для меня это никогда так не было если бы я так работал, наверное, в немножко другой ситуации находился бы сейчас, все было бы в шоколаде. Просто так получилось, что я написал несколько хитов. Та же Одинокая луна была написана еще в Arrival в 1986 году там пел я, и там был другой текст. Потом она была переделана и неожиданно стала хитом. Вообще то, как песни становятся хитами, это мистика, предугадать невозможно. Скажем, в случае песни Солнышко просто на тот момент времени у меня был любимый человек, это абсолютно искренняя песня. А когда мы начинали с Вадимо Поляковым этот проект как два продюсера, мы вообще не думали, что будем делать поп-группу. Мы думали, что делаем клубный проект, что они будут ездить по клубам и небольшие деньги зарабатывать.
Песня Но ведь была, наверное, любовь? , записанная Arrival в 1987 году, которая впоследствии стала Одинокой луной
Я слежу за электроникой. Хотя сейчас все сложнее это делать поток дешевых поделок перекрывает интересные треки. Есть конкретно хитмейкеры, которые делают коммерческую музыку, чтобы она всем нравилась. А есть люди, которые делают музыку с очень хорошим саундом, но боятся, что их обвинят в том, что они попсовики и вставляют какой-нибудь кривой аккорд. Меня, как музыканта, это коробит. Или вот Леди Гага. Она сейчас популярна, но если посмотреть, что у нее есть? Современное звучание, аранжировка, подача, скользкие темы, китч. А возьмите и напойте песню Леди Гаге? Одну-две кто-то напоет. А что останется? Вот у Мадонны очень много именно музыкальных песен. Даже через двадцать лет эти песни вспомнят и будут петь. А насчет Леди Гаги я очень сомневаюсь. В современном мире так: надо быстро зацепить, а музыки может и не быть. Это, кстати, не касается моих песен, которые стали хитами. Прошло тринадцать лет с момента создания, а песня Солнышко до сих пор востребована. Я вообще считаю, что песни, которые можно петь под гитару в подъезде, вечны. Есть мелодия песня будет всегда.
В современном мире так: надо быстро зацепить, а музыки может и не быть. Это, кстати, не касается моих песен, которые стали хитами
Завязывать с музыкой никто не собирается, я думаю, что люди еще услышат от нас материал. Просто когда становишься старше, поднимаешься на какую-то ступеньку музыкального развития, не можешь позволить себе делать плохо. Нет смысла торопиться. У нас с Олегом иногда бывают дискуссии на эту тему, он говорит, что надо записать альбом, а я ему объясняю, что я лично как профессионал в этой области не могу позволить себе сделать что-то ниже того качества, которое я хотел бы видеть. Тем более что для нас Arrival некоммерческое творчество. В принципе, всегда было некоммерческое, хотя иногда получалось попасть в мэйнстрим. И вообще, что такое поп-музыка? А если бы песня Солнышко группы Демо не стала бы хитом? Там же и другие песни были на альбоме. И все они делались искренне. Рано или поздно это найдет своего слушателя, просто надо делать и все.
Еще один большой хит Arrival Простые слова в ретро-обстановке
Как говорил Марк Твен, слухи о нашей смерти несколько преувеличены. Arrival существует, но есть некоторая бытовуха, суета. Олег по работе музыкой не занимается, я наоборот занимаюсь, но коммерческими вещами, которые отнимают очень много времени. Но мы двигаемся к своей светлой мечте. В ближайшее время будет большое мероприятие Дискотека 90-х, там западные представители будут, а из наших Технология, Лика Стар и мы. Готовимся, пару композиций исполним. А так у нас в наработках почти готов новый альбом, мы просто его хотим записать, максимально используя студийные возможности. У меня очень большая коллекция всевозможных аналоговых синтезаторов в том числе знаменитый Moog Prodigy с росписями самих участников The Prodigy, мы как-то выступали вместе, и сейчас один наш знакомый практически все их замидировал. То есть все в боевой готовности, по большому счету нам надо просто сесть и записаться.
Источник: afisha.ru